— Нет, мне удобнее здесь. Это как раз середина пути между прокуратурой, где я прохожу практику, и квартирой, в которой я снимаю комнату. Предпочитаю нейтральную территорию.
— Прекрасно! Так значит, завтра на том же месте, в тот же час?
Эта встреча сама собой записалась в памяти Романа с самыми мелкими деталями. Казалось, даже запахи и звуки того далёкого летнего вечера, извлечённые из глубин подсознания, ожили и заиграли теми волнующими красками, которые бывают только на первом свидании с девушкой, вызвавшей в юном сердце неведомые ранее ощущения. Сейчас он сидел на скамейке возле того же «Причала», только претерпевшего сильные изменения, в ожидании той же Людмилы и прокручивал в голове все мгновения первого свидания с девушкой, ставшей его женой, с которой он развёлся два года назад, сохранив к ней тёплое отношение и испытывая чувство вины.
На стоянке, принадлежащей «Причалу», припарковался старенький, но ещё прилично выглядящий «опель», из которого вышла красивая стройная женщина. Роман без труда узнал в ней свою бывшую супругу и не мог скрыть восхищения. Да он, собственно, и не пытался. Вскочив со скамейки, неудавшийся муж быстро пошёл ей навстречу, расплываясь в приветливой улыбке.
— Криницын, а где традиционные цветы? — насмешливо спросила Людмила, подставляя для поцелуя щеку.
Вопрос явно смутил мужчину. В своё оправдание он смог только сказать, что не хотел привлекать к себе излишнее внимания посторонних глаз.
— Эх, Рома, Рома, нет в тебе романтики. Стареешь, — пошутила женщина, слегка потеребив волосы обескураженного бывшего супруга. А потом серьёзным тоном добавила: — Я тоже заметила слежку. Поэтому поменялась с подругой машинами, а то мой кабриолет слишком приметен.
— Значит, прослушивают, — сделал вывод Роман. — Теперь сомнений в этом нет, и то, что мы это знаем, — наш плюс. Ну и чёрт с ними! А что это мы стоим? Пойдём за наш любимый столик. Я уже сделал заказ. Надеюсь, вкусы у тебя не сильно изменились?
— Надо же, какой шустрый! А если бы я не пришла?
— Съел бы всё сам. Хотя и не очень люблю красную рыбу и белое вино.
— Всё равно, мне кажется, ты немного поторопился. К нам должен присоединиться ещё кое-кто.
— И кто же сегодня у меня соперник? — удивился Роман.
— А ты догадайся.
— Надеюсь, не твой новый муж?
— Дурачок ты, Ромка. — Людмила легонько хлопнула Романа пальцами по лбу и назидательным тоном произнесла: — Думай, соображай!
— Тогда остаётся мой брательник Костя. Больше вариантов нет.
— Молодец! А теперь веди даму за столик.
«Причал» имел трёхступенчатую структуру: в верхней части располагался закрытый зал, который пользовался популярностью в осенне-зимний период; ниже находилась терраса, напоминающая палубу корабля с массивными деревянными перилами, со столиками, которые были защищены от солнца цветными зонтиками, вырастающими из середины дубовой круглой столешницы; у воды был устроен самый настоящий причал, что очень удобно для горожан, предпочитающих водные прогулки, — можно сделать любой заказ, не выходя из лодки. Если верить городской легенде, то «Причал» был построен в начале прошлого века и с тех пор не менял своего скромного названия.
Роман осторожно, по-юношески взяв Людмилу за руку, повёл её на открытую палубу, где в правой части их ждал самый крайний столик с прекрасным обзором живописных окрестностей городского озера. Присев на удобный стул, Людмила обвела взглядом всё вокруг и с грустью произнесла:
— А здесь почти ничего не изменилось. Странно.
— Это хорошо или плохо? — не понял её настроения Роман.
— Это странно. Везде всё поменялось. Из-за стеклянных фасадов, баннеров, мощённых цветной плиткой тротуаров, стараний ландшафтных дизайнеров и прочих штучек город за последние десять-пятнадцать лет изменился до неузнаваемости. А тут разве что зонтики поменяли да салфетки на столах. Озеро — то же, лес — тот же. Даже не подрос. Если бы не вон тот пижон на водном мотоцикле, — она кивнула в сторону юнца, выделывающего выкрутасы на воде с помощью мощного агрегата, — я бы подумала, что вернулась в прошлое.
— Тебя это напрягает, милая? — Роман попытался смягчить иронию улыбкой. — Тебе не нравится наше прошлое?
— А что хорошего было в нашем прошлом?
— Ну, хотя бы наши прогулки под луной, радость встреч…
— И горесть расставаний? Причём мне всегда казалось, что расставаний было больше, чем встреч. Наши отношения складывались из ожиданий, нервотрёпки, госпиталей и одиночества.