— Ясно. В любом случае это и не мой участок, я не могу просто так сорваться с дежурства. Но я сейчас свяжусь со знакомым офицером из седьмого округа, постараемся что-нибудь придумать. Ты сам где?
— Еду на место.
— Ты с ума сошел?!
— Я п-постараюсь отвлечь их на себя. Если я не появлюсь там в течение б-ближайшего часа, они…
— Ты понимаешь, что они этого и добиваются?
— А что вы п-предлагаете? Прятаться? Венди из-за меня там! Я себе не п-прощу…
— Ладно, поняла. Сделаю, что смогу. Но не суйся туда без моей отмашки. Попробуем выставить тебя как живца. Но дождись приезда полиции.
— Я это и хотел п-предложить.
— Хорошо, будь на связи.
Ну хоть какой-то вариант. Хотя у меня не было иллюзий по поводу помощи полиции, особенно учитывая район, в который я направлялся. Это еще хорошо, что у меня есть возможность обратиться к Джулии, а не просто звонить 911. Да обычные офицеры меня бы и слушать не стали. Это для зеленой зоны копы — защитники и воплощение порядка. У нас они больше похожи на надсмотрщиков, делающих вид, что у них все под контролем. Но единственное, что они делают — так это гоняют мелкую шпану, если та совсем уж зарвется.
Квартал, прозванный местными Термитником, располагался в западной части Бикон-стрит, совсем недалеко от зеленой зоны — от территории знаменитого Массачусетского Технологического института его отделяла лишь километровая водная полоса Чарльз-ривер, преодолеть которую можно по мосту на Массачусетс-авеню.
Когда-то это были красивые места — шоссе Сторроу-драйв, вьющееся вдоль берега, старинные дома, респектабельные отели, рестораны, достопримечательности. До Второй гражданской это вообще был один из самых дорогих районов Бостона. Но жуткие погромы шестидесятых, а потом и проблемы, связанные с поднятием уровня океана, превратили его в гетто, сравнимое с другими кварталами Старого города. Если кварталы к северу от залива со временем восстановили и облагородили, то Бикон-стрит и все, что южнее, сейчас представляло собой жалкое зрелище. Пожалуй, даже похуже Девятого округа. Наши человейники хотя бы построены относительно недавно.
Я глядел через окно вагона на проносящиеся мимо убогие полуразрушенные здания, хаотично подсвеченные фонарями и полотнищами рекламных щитов, и в голове, как назло, было пусто, будто в нее прорвался ветер снаружи и выдул все мысли. Хотя, может, это и к лучшему, потому что и терзаний почти не осталось. Я вроде бы пока сделал все, что мог.
Или нет?
Ч-черт, да ведь, по сути, мне и обратиться-то больше не к кому. Джулии уже позвонил. Номеров телефонов Новы и других Отступников у меня не было. Даже с Родригесами не удосужился обменяться контактами. Была еще слабая надежда на то, что вновь появится тот жутковатый мужик, спасший меня от Ежей в прошлый раз. Но как с ним связаться, я тоже не представлял. Я разве что видел, как он въезжал в квартиру по соседству. Но не переться же сейчас в Девятый округ, чтобы попытаться найти его там.
Хотя… Еще один контакт у меня все же оставался. Правда, очень не хотелось с ним вновь связываться, а уж тем более снова влезать в долги… Но особого выбора не было.
Долгие гудки исходящего сигнала наконец прервались знакомым голосом. Как ни странно — вполне довольным. Флектор был в хорошем расположении духа и, похоже, изрядно навеселе.
— Какие люди! Чем обязан столь поздним звонком, малыш? Тебе не с кем провести вечер?
— Я по делу, — мрачно отозвался я.
— У-у-у, какие мы серьезные! И дело снова не терпит отлагательств? Ты что, уже успел промотать все деньги? Даже суток еще не прошло!
— Мне не деньги нужны, а… Помощь. Д-другого рода.
— Ну, валяй. Хотя не совсем телефонный разговор, сам понимаешь…
— На личную встречу нет времени.
— Да что у тебя там стряслось-то?
— У меня п-проблемы с одной бандой. Ежи. Обычно промышляли в Девятом округе, в «Гиацинте». М-может, что-то слышал о них?
Флектор лишь презрительно фыркнул.
— А должен был?
Ну да, о чем это я. Если то, что мне рассказывал Морган о Джинкс, правда, то для них Васкес с его дружками — мелюзга, на которую даже не обращают внимания. Но на это у меня и надежда. Как там ворчал старый Чень? Что я сунулся в клетку с тигром, убегая от стаи дворовых псов? А что, если стравить их друг с другом?
— Ну так к чему ты клонишь, Фрост?
— У них моя д-девушка. Венди. И они засели в старом небоскребе на Бикон-стрит. В Термитнике.
Объяснять ему, что Венди — не моя девушка, времени не было. К тому же так проще. Он ведь знаком с ней по игре, и я за нее уже заступался…