— Можете быть свободны, уважаемый. И не переживайте о понесённых убытках, — произнёс я, развернулся, махнул рукой Мэду и повёл людей с площади под накрывшую это шумное место гробовую тишину.
— У нас не будет проблем? — осторожно спросил Михаэль, когда мы прошли через расходящуюся в стороны толпу.
— Обязательно будут. Но не здесь, не сейчас и не из-за этой поганой площади. Однажды у тебя заболят суставы, у девочки начнётся переходный возраст и так далее. Но это уже будет совсем другая история…
— Божечки… Спасибо вам… Я не знаю, что и говорить. Я уже мысленно простилась со своей жизнью… — произнесла какая-то женщина лет сорока.
— Благодарности потом. И разговоры тоже.
— А куда мы идём? — спросил девочка.
— Идём есть, мыться, обрабатывать раны и болтать. К друзьям. К моему отряду. Город большой. Придётся пройтись… Мэд, дай воду…
— Ага, уже… — протянул он людям зажатые под мышкой кувшины и буханку хлеба. — Сильно не набивайте животы. Нормально поедим, как домой придём.
Мы двигались вперёд. Я — в рвущихся на глазах доспехах, Мэд — в лохмотьях из-за трансформации, люди — босые и грязные, едва прикрытые грязными обносками.
— Выпрямите спины, — произнёс я, с вызовом глядя в глаза каждому, кто пялился на нас. — Вы свободные люди. И вы идёте в гости к чемпиону Дракории. Об этом может и не мечтать большинство жителей этого города.
— А если драконид на пути? — уточнил Мэд.
— Ты поведёшь дальше. — Ускорился я и стал посреди дороги, где двигалась размеренной походкой драконидка. — Мэд. Вперёд, не замедляйся, — дал я команду и встретился взглядом с «королевой дороги», которой все расходились и склонялись в три погибели.
Она удивилась, увидев меня. Сначала нахмурилась, а потом узнавание проявилось на её лице. Я ответил коротким поклоном, приложив руку к груди. Здесь так никто не делал. Это был мой жест, мой знак уважения, персонально от чемпиона дракории. Пускай я и был чемпионом Новичков, но, думаю, даже будь здесь старшее поколение героев, исход бы не изменился.
Она также ответила мне лёгким поклоном, и я отошёл в сторону, после чего исчез за перекрёстком и нагнал идущих вперёд бывших невольников.
В груди разливались тепло и гордость за то, что я сделал. Не так уж много благородства в том, чтобы забрать чью-то жизнь. Куда больше его в спасённой жизни.
Сегодня впервые за долгое время не только восемь трупов, но и семеро спасённых людей, среди которых есть ребёнок. Они получили возможность жить дальше. А это дорогого стоит. Ради этого и стоит брать в руки оружие. Ради этого и стоит проливать кровь.
Ответственность сильных — помогать нуждающимся. Сегодняшний день был прожит совершенно точно не зря. И даже если я этим импульсивным поступком взбешу императора… я ни капли не жалею. Пусть он видит и знает, что за своих я и такие же люди, как я, будем без сожалений проливать кровь и рвать врагов. Если он мудрый, то увидит в этом возможность и перспективы грядущего взаимодействия двух народов.
Глава 8
Холл Драко Палацо вечером выглядел иначе, чем днём: магические светильники на стенах горели мягким золотистым светом, мраморный пол блестел после вечерней уборки, а в огромном камине потрескивали дрова, хотя на улице было не холодно. Похоже, дракониды любят уют не меньше людей.
Наше появление в столь роскошном месте заметно добавило удивления на лицах уважаемых гостей Аматира, сидящих в фойе здания. Я же, ни капли не стесняясь, подошёл к огру и сказал, что мы едем на шестой этаж.
Даже в голове этого создания появились сомнения в том, что мы по адресу. Слишком уж грязными мы выглядели. Но сомнение на его лице продлилось недолго. Вскоре он хмыкнул, открыл люк и заорал ящерам-сифтёрам, на какой этаж едут гости.
Ко мне уже подходил администратор с недовольной рожей, разглядывая грязные следы на коврах. Пусть только заикнётся, чтобы я их, как варгов, в помывочную для животных отправил… Самого в ней же и утоплю.
— Мы немного наследили — приберите, будьте любезны, и счёт выставьте на моё имя: Алекс Лисоглядов.
Мои слова сработали не хуже кнута. Администратор вовремя сообразил, к кому именно он подходит, и поменялся в лице, закивал и сказал огру ускориться. Видимо, чтобы мы долго не маячили перед глазами уважаемой публики.