Маша ещё спала, а Алиса давно куда-то ушуршала в поисках чего-то необычного. Рестораны-то мы уже все обошли, и теперь ей хотелось найти хоть что-то любопытное.
Мысли привычно потекли к предстоящей миссии, а вместе с ними всплыл образ Тирхана Огнехвоста, и настроение моментально подпортилось. Не потому, что он плохой, а потому, что он слишком хорош в своём деле. И от этого как-то не по себе…
Мы познакомились на следующий день после возвращения с миссии по защите Цветка Перерождения. Тирхан появился в Драко Палацо без предупреждения, без свиты и без единого звука. Просто возник в нашей гостиной, словно был здесь всегда. Сидел в кресле у камина и ждал, когда я его замечу. И я заметил, когда вернулся с утренней пробежки с варгами, будучи весь мокрый и в грязи. На улице шёл дождь, и «люди» предпочли сидеть дома, что и позволило неплохо размяться на полупустых улицах.
Первое впечатление он произвёл такое: вежливый, сдержанный, чуть улыбчивый драконид средних лет с аккуратно подстриженными волосами, закрученными позолоченными рогами и глазами мудрого наставника. Голос мягкий, манеры безупречные. Он представился, извинился за незваный визит, похвалил убранство нашего этажа и попросил чаю.
Первые полчаса мы пили чай и болтали ни о чём. Он расспрашивал о Домене людей, о варгах, о моих приключениях на турнире, смеялся время от времени, кивал с пониманием, отмечал, что в моих словах практически незаметен акцент, разве что немного выделяется говор Южного Предела. Даже Алисе сделал комплимент, назвав её «самым обаятельным божественным покровителем, которого он имел честь встретить». Алиса, не привыкшая к лести от драконидов, подозрительно прищурилась и сказала, что, несмотря на лесть, гуся не отдаст, и ушла на кухню.
Постепенно к разговору присоединялись остальные. Все болтали и знакомились с ним. Атмосфера была если не дружелюбной, то максимально комфортной. А потом все разошлись, и мы остались вдвоём…
Тирхан допил чай, поставил чашку на стол и посмотрел на меня совсем иначе. Улыбка исчезла, словно её выключили. Глаза из приветливых стали холодными и цепкими, как у ящерицы, заметившей муху.
— Теперь поговорим серьёзно, — произнёс он, голос потерял всю прежнюю мягкость. — Я прочитал все доклады о тебе, Алекс. Все. Включая те, которые ты бы предпочёл, чтобы никто не читал. Резня на площади работорговцев, разрушения в Джангарии, захват патрульного судна, убийства членов Фиора, обвинения, пока ничем не доказанные, но очень серьёзные… Думаю, у себя на родине ты был не менее активным.
Я знаю таких, как ты. Уже видел не раз, встречался с ними, общался. Я понимаю, как ты думаешь, как принимаешь решения и кто из окружающих является твоим слабым местом. Ты не плохой человек, я это признаю, но вместе с тем, если бы мне дали выбор, брать тебя с собой на переговоры или нет, я бы не взял. Ты фактор риска. Ты привык решать все вопросы бойней. Если рядом враг, он должен сдохнуть. И плевать, что после этого у тебя появится в десять раз больше врагов. Твой прямолинейный типаж импонировал бы мне лет двадцать назад, но теперь — нет. И вот что я тебе скажу: если ты хоть раз, хоть на секунду позволишь себе действовать по привычке, то есть резать, ломать и взрывать в землях орков, я лично обеспечу разрыв любых соглашений с орками о твоём Домене. Ведите эту войну сами, а мы займёмся другими направлениями.
Я открыл было рот, но тут же закрыл, осознав, что сказать нечего.
— Всё понятно. Справедливо. Но если ты предашь меня и мои ожидания — а это Я!.. — выделил я интонацией последнее слово и сделал небольшую паузу, — а не император инициатор этих переговоров, — то я возьму всё в свои руки и будь что будет. Пусть льются реки крови, умирают правители, дипломаты, генералы, солдаты — плевать. Кто сдохнет, тот сдохнет. Кто выживет, тот выживет. Если мне не оставят запасных вариантов и мне будет нечего терять, я позабочусь о том, чтобы некому было вести армию на мой дом.
Мы молча смотрели друг на друга секунд десять, и Тирхан тяжело вздохнул.
— Ты очень плохой дипломат, — произнёс он, и в его глазах не было ни злости, ни враждебности, лишь абсолютная уверенность в каждом произнесённом слове.
Этот драконид не угрожал и не пугал. Он констатировал факт, как сообщают о погоде за окном. Пойдёт дождь, ты промокнешь. Точка.
— Поэтому я и нуждаюсь в тебе. Если бы я мог решить вопрос с орками сам, я бы не рвал жопы демонов в Дыре, стараясь угодить великолепной Дракории и её прагматичному императору. Но я здесь. Это мой выбор.