Слышь, Станиславович, я вижу с тобой можно обо всем. Я тут уже двенадцать лет в Чеченской ссылке и, хоть сдохни, ноет во мне нацвопрос. Сидит как камень в почках. Доколе будем мы, Иваны дураки, на цырлах бегать, гузкою трясти перед грузинами, азерами, чеченцами? Ну с пойманным азеро-турком ясно: чужой вражина, хамелеон. Ну а вайнахи – чеченцы, ингуши… эти же, вроде, свои… какого черта этим надо?! Всю нефтедобычу, переработку, машиностроение, медицину, наш русский хлеб, сельхозмашины, культуру русскую и мировую, институты по разнарядке, журналы, книги, образование – все это в глотку им пихаем до отвала, до отрыжки! Живут многие во дворцах – никто уже не спрашивает, за какие тугрики построил.
Но стоит в горах отвернуться – и тут же кинжал в спину, либо все те же «гаски хяк»! Да кто ж из нас подстилку для них делает?! Всей кожей чую: если мы, русские, уйдем отсюда, с гор ссыплется всякое зверье неандертальское. В их мозжечке одна забота: хапнуть чужое, все равно что: чужую бабу, скот, раба иль деньги. Я сколько докладных послал на эту тему на Лубянку –как в черную дыру.
Равнинники хлебнули цивилизации, притерлись к русским и среди них полно и умниц и трудяг. Но многие горцы – из каменного века, они же перережут всех! Сначала русских– за Шамиля и департацию, а потом своих начнут: родную мать задушат за деньгу, большинство из них в горах из первобытно-общинного строя еще не вылезли! Вся агентура КГБ моя в горных районах из таких, сдают друг друга за десятку с потрохами, со всем дерьмом – одно удовольствие работать. Оттого у меня и порядок с тишиной: друг дружку за говенную сотню перезакладывали. Здесь агентуры вражеской законсервировано еще с гражданской, как изюма в булке. На нее и опираются такие вот Левины, угнездились сверху до низу после Берии…головку срезал Жуков, а щупальца остались, а? Ты взял за задницу такую цацу, что у меня мандраж…трясется все внутри.
– Не время нам с тобой эту абстракцию обсасывать, генерал. Там в кресле конкретика продолжения ждет. Кстати, что с результатом по азеро-турком? Вкололи вы эту химию и что?
– Как прорвало, минут на двадцать. Пена из пасти как у бешеной собаки, а с ней – десятки явок, адресов, пароли – всю сеть турко-арабскую выложил на голубой тарелочке. Она, я уже сказал, сюда со времен гражданской войны и революции вросла.
– Так говоришь, Иван Пономарев препарат презентовал?
– Он самый.
– Я вынужден тебя в поддых ударить, Виктор Иванович.
– Это еще за что?
– Вот это не подействует на Левина.
– Я видел своими глазами, как работает препарат и, что он сотворил с турком!
– Тот случай и этот – разные.
– Ты, конечно, спец в этих вещах… но я ведь тоже не пацан со Щебелиновки. Вообще, какого черта ты уперся? Есть препарат, давай испробуем. Тебе что, лень укол ему всобачить?
– Ну пошли – вздохнул Бадмаев.
Он вколол препарат Левину, сказал:
– Продолжим.
Глаза полковника светлели, обретали блеск и уютно-тихую комфортность. В них будто хлоркой выедало свинцово-ледяную стынь.
Сцепленные в пересохшую полоску губы смягчались, рдели…из угла рта на подбородок скользнул блескучий ручеек слюны… работал препарат?!
– Я готов, – воркующе ответил, наконец, полковник. Он очень уважал Бадмаева, и это уважение росло. Бадмаев потрясенно ощутил, зондируя в полковнике гипно-перегородку: она становится податливой и рыхлой. Нажав, он продавил перегородку, вошел в спрессованость анналов в памяти. Здесь взбухли дрожжево, клубились тайны Забугорья.
– Я готов, – нетерпеливо, жизнерадостно еще раз напомнил о себе Левин.
– И так, «Zo-yan», «Zo-two». Расшифруйте.
– Два уровня, две гипноличности в одном теле. Зомби – один и Зомби два. Во мне сейчас спрессованы та и другая. Первая – я сам, вторая: информ – фантом, имеющий свою информпрограмму. Каждая, при необходимости, включается ключевым словом – паролем.
– Что означает «Зомби»?
– Засекреченный Объект Медико-Биологических Исследований.
– Когда и где вы стали Зомби?
– Первый этап: шаманские обряды Вуду на Гаити. Введение тетродаксина для подавления тета-тельта ритмов мозга. Захоронение в могиле на неделю с подачей воздуха. Там дозревает ПСИ процесс. Затем откапывание и приведение в сознание. Для примитивных исполнительных функций Зомби готов. Меня и Луиса Анжело Костильо – испанского переселенца пустили во второй этап.
– Подробнее.
– Второй этап: программы ЦРУ с гипно-внушением.
– Где это было?
– Военный институт ЦРУ и Пентагона: в Бетесде, штат Мерилэнд. Там сконцентрированы радиобиологические исследования ПСИ – оружия.