Он вдруг понял, что не сможет это сделать вот так сразу, не попытавшись разобраться еще раз в особенностях расы Адама-Ича, не взвесив еще раз все аргументы «за» и «против».
Для этого понадобится все необъятна мощь Мега-синтезатора (Мегсинта), в который он вкладывал свой конструкторский потенциал последние две сотни лет. Лишь малой составной частью Мегсинта стала информсокровищница МЕ, где спрессовались познанья клана Анунаков.
Мегсинт был в состоянии анализировать, раскладывать на атомарные структуры всю нейро-сущность человека, исследовать его био-поля, фиксировать зарождение и протекание патологических процессов в организме. Мегсинт тысячекратно усиливал способности Энки подключаться к Информобанку Вселенной: отображать прошедшее, заглядывать в тысячелетние прослойки будущих веков. Теперь он мог рассечь непроницаемую оболочку кокона, куда была запрятана непознаваемость грядущего. Он мог познать: что будет с этим грядущим, если туда проникнут Ич-Хабировцы?
…Ему отловили в низовьях Нила и доставили в мед-центр Shu-rup-pak роскошный экземпляр громадной ящерицы – самца Хам-мельо.
Вначале он исследовал у твари моторные инстинкты и рефлексы, смышленность, логику и быстроту реакции на изменение среды – при нагнетании в ней экстремальной составной. Затем, все усложняя опыты, он вычислил в Хам-мельо скорость обработки информации и максимальное количество объектов, которое способно удержать сознание и память. Что верховодит и преобладает в поведении Хам-мельо: сознательнось реакций или набор из вековых рефлексов и инстинктов?
Ссумировав итоги опытов, Мегсинт обобщил полученные данные, чтобы сделать неоспоримый вывод: Хам-мельо, имеющий две половины (доли) мозга, как у приматов, в сущности своей харизматический и совершенный представитель левацких био-видов. В нем верховодило и диктовало поведение при изменениях среды левое полушарие мозга, где обосновались бытовая озабоченность, неодолимая тяга к лидерству, агрессивно-паразитарная конкретика, бессодержательная формалистика.
Над всеми качествами доминировала приспособленческая ложь: умение в расцвете сил казаться слабым, вилять хвостом, изображая предельно видовую родственность перед грабительским гипно-сеансом, легко и с удовольствием принимать несвойственную его виду ложную окраску.
После Хам-мельо Энки затребовал к себе для продолженья опытов двух мутантов: Адама-Ича и Ноя – Атрахасиса. Их интеллект был наивысшим средь аборигенов в Междуречье.
Тот и другой имели равный доступ к информации богов: им разрешили ознакомиться со строением Галактики, с историями цивилизаций на Нибиру и на Ки, законами сосуществования биовидов на земле, потоками миграций на земле. Доступными для двоих стали племенная и родовая иерархичность, мотивы выбора людских поселений, межплеменные войны за наиболее комфортную среду обитания. А так же незыблемость Законов среди двуногих, которые разрабатывал для них сам Энки уже четвертое столетие: что есть Добро и Зло, и как их различать, в чем проявляются они. Как взращивать Добро.
Их ознакомили и с техникой богов для строек, ирригаций, земледелия, для добычи полезных руд из шахт.
Вот эти двое имели громадный опыт жизни. И были антиподами в ней. Один, Адам-Ич, стал вожаком бесчисленных племен Хабиру среди рабски зависимых племен туземцев. Там верховодили сородичи Адама, вся его каста.
Другой, его потомок Ной-Атрахасис, жрец, слыл средь своих отшельником и, будучи из той же касты, имел всего одного слугу в хозяйстве.
Один освоил и внедрил в бытие ракушку-деньги, без устали совершенствуя их оборот для закабаления инородцев. Другой внедрял среди туземцев навыки, как не тонуть в миазмах жизни, как радоваться ей, не занимая деньги у Хабиру, как орошать поля и разводить домашний скот.
Один, забросив Еву, без устали изыскивал, осеменял все новые влагалища, не брезгуя при этом козьим и коровьим. Второй недавно лишь женился и не имел пока детей.
Один, отправив за море фелюги с безделушками, вез на туземные торжища Нила меха, кость, рыбу и зерно – чтоб распродать втридорога и ссуживать все деньги в рост. Второй, вернувшись из далеких странствий, успешно врачевал туземцев, учил растить детей в почтении к родителям, в трудах, в заботах о семье.