…Энки вернулся в явь. Тревога, опасенье, страх утяжелились. Ему было позволено работать чернорабочим искупления. Как недотепа кок, он заварил когда-то отраву генной каши. Теперь был послан он ШЕФ-ПОВАРОМ, чтобы расхлебывать ее.
Под ним, распластано висящим в бездне – с голографической четкостью беременно вздувались животы морей и океанов: Нибиру, пролетая меж луной и KI, встраивалась в парад планет, с неодолимо хищным магнетизмом оттягивая на себя необозримость океанских вод.
Вся памятно щемящая первичность Родины – планеты всколыхнулось в нем. Приближавшаяся Нибиру, где обитал сейчас весь царский клан Ану, где жили мать с отцом, томительно взвихрили в нем неодолимость тяги: сорваться с места и запустить DIN GIR навстречу прародине.
Он одолел в себе неистовый порыв: вторая его Родина – земля стонала от чудовищной, засасывающей тяги гео-монстра. Все круче взбухали водяными горбами в этом притяжении моря и океаны.
Энки, истерзанный чудовищной картиной апокалипсиса, ускорил в Мегсинте весь процессов: все пузыри морей и океанов молниеносно вспухли, замерли на миг под тучами и рухнули обратно, накатываясь водяным, всесокрушающим катком на твердь материков.
Нибиру отдалялась. Вселенские океанические хляби разлились по земле, круша и погребая под собой все сущее. Земля содрогнулась и сдвинулась с оси. Мгновение спустя, предстала гладким шаром, накрытым блескучим одеялом вод. Их прорывали, вздымаясь к клокочущим и грозным небесам, вершины высочайших гор. Они были облеплены микробами спасающейся жизни: зверье кишело вперемешку с человечьими стадами. Между вершинами хребтов, на взбаламученности вод паническим, сиротским отторженцем ползла скорлупка Ноева Ковчега – одна на сотни тысяч миль.
Беззубо щерились меж вод провально – черные ямищи кратеров, наполовину обнаженные логовища морей и океанов. Туда лавинно скатывалась, утюжа твердь, солено-водяная магма.
Вода проворно и уютно улеглась и успокоилась. Из под нее вновь мокро выперли материки цепями оголенных, опустевших гор: почти вся спасшаяся живность погибла в голоде, болезнях, скученности, страхе и увечьях.
Энки потрясенно наблюдал: апокалипсис в Мегсинте длился несколько минут, тогда как на земле он будет продолжаться годы.
Скорлупка Ноева Ковчега осела, прилепилась к склону горного пика на берегу остаточного от Потопа озера. Гигантски мельтешащая картина гео-событий пришпорено неслась перед Энки галопом фрагментарных фресок. Создатель завершил стерильную уборку KI: здесь снова стало чисто в который раз, для возрождения иной жизни по ЕГО законам.
На киммерийском континенте, густо утыканном лесистыми хребтами, в гигантских острозубых пиках откупоривались люки.
Из них маковыми россыпями высыпались людские скопища царя Има-Богумира, пережидавшие Потоп в заранее прорытых ими и асурами внутри хребтов пещерах. Элитно-клановые племена отборной и могучей расы ариев неспешно, осмотрительно стекали в плодородно илистые плоскогорья – под солнце. Они несли с собой необходимые запасы пищи, семена и инструменты, кипы березовых дощечек со врезанной житейской мудростью прапращуров. Там сконцентрировано уместились истории народов, Веды, и постулаты КОНа – МААТ, завещанные им Триглавом – Сварогом, Святовитом и Перуном. Вместе с людьми спускались и стада животных, готовых размножаться на обильных травах.
Арийцы растекались по материку и продвигались вниз по руслам полноводных рек к велико-океанской глади, над коей голубым и домовитым светом сияла благодатным глазом зазывная Полярная звезда. Под ней плодились, множились с неимоверной быстротой стада бизонов, мамонтов, оленей. Распахнутая маслянистость текущих в океан материковых рек вскипала нерестилищами рыб. Несметная пернатость птичьих стай порою застилала солнце, отблескивая радугами семицветий. Арийская империя размашисто росла и ширилась, буйно прирастая миграцией родов от океана к океану. Она распространялась волнами, пассионарными кругами, чьим центром каменно, незыблено вознесся Богумиров Аркаим.
Асуры, Полифем, Пегас напитали разум Богумира всем, чем овладели сами. И он, проросший в галактический размах из тесноты земных пределов, теперь созрел для наблюдения за космо-галактическою кухней: в имперском Аркаиме возводили гигантское и многослойное кольцо обсерватории, куда будет стекаться лавина знаний о Вселенной, доступных прежде лишь асурам. Она же – обсерватория при Аркаиме, впервые зафиксирует прецессионный цикл земли, маятниковые качания ее вершины после удара вод о твердь приведших к смещению земной оси. И в обиходе всех древнейших астрономов появится впервые единица измерения времени Сар, протяженностью в 2160 лет, фиксирующая цикличность осевых отклонений.