В общем-то, драться с каждым встречным я не планировал с начала спуска от озера: мана восстанавливалась как-то вяло, а вести за собой огромный выводок червей желания не было.
Изучал я не только тварей, но и сами тоннели. Старые ходы блестели: стены в них отполированы телами до сального лоска, даже лишайник на них не рос. Свежие красовались сколами и щелями по краям. Чем ниже я спускался, тем толще встречались песчаные наносы. У самого низа эта труха местами была больше меня высотой, и внутри неё копошились мелкие черви-пожиратели. Сколько же поколений тут грызло камень, чтобы превратить гору в решето?..
В одном из боковых карманов я задержался у сценки, которая дорисовала местные порядки. На дне копошилась старая особь. Длинная, но дряхлая. Шкура на ней висела складками. И вокруг уже вилась мелочь. Видимо, она недоедала и стала подыхать, на радость мелюзге.
Черви помельче подныривали и отрывали по куску, легко уходя от вялых взмахов хвоста. Здесь жрут не только те, кто больше, но и те, кто живее и активнее. Стоит ослабеть — и вчерашний обед придёт доедать тебя.
Спустя ещё час исследований с пира маленьких каннибалов тоннель распахнулся в пещеру, у которой я не разглядел ни дальней стены, ни половины свода. Внизу лежало море. Настоящее подземное море с ленивой волной и желтоватой дымкой над поверхностью. Берег уходил в обе стороны и терялся в темноте. Благодаря ночному зрению разобрал обстановку вокруг. Кто бы мог подумать, что такое место вообще есть в этом мире?..
Прежде чем спускаться к воде, я прошёлся вдоль берега по воздуху. Километр, второй, а берег всё не заканчивался. Дальняя сторона где-то очень далеко…
По пути я насчитал шесть стоков токсичной воды вроде моего, и каждый тянул за собой собственную ветку озёр где-то наверху. Чаша собирала кислоту со всего хребта, а может, и шире. Взглянул на характеристики ближайшего крупного пловца, и там значения были на треть выше моего подопытного каннибала. Кормят в море, судя по всему, лучше, чем на суше.
Вода кишела жизнью. У берега возились мальки размером с руку, дальше скользили твари покрупнее, и то тут, то там поверхность вспарывали спины солидных пловцов. Но откровенных гигантов я не видел. Думаю, если они где-то и есть, то на дне.
Бешеной борьбы я не видел, а вот волны поднимались часто. Борьба если и идёт, то где-то там, под водой.
Я поднялся повыше и повисел, разглядывая местную жизнь. Мелочь держалась отмелей и при любом подозрительном всплеске сыпалась в узкие подводные щели. Я проследил за парочкой таких манёвров и оценил простоту этой защиты. Протоки между озёрами и морем прогрызены под детский калибр. Взрослый преследователь в них попросту не влезет, и ему останется либо бросить погоню, либо грызть проход, теряя уйму времени и сил. Вот и весь секрет неубиваемости этой популяции. Море с сетью озёр для молодняка — разом и ясли, и дорога отступления. Здоровые особи-каннибалы гоняют их поверху, а внизу мелюзга спокойно отъедается в кислоте и ждёт своего часа.
Любопытно, конечно… Планету мне в одиночку не перепахать и за десять жизней. А вот составить список таких водоёмов и уничтожить монстров в них… Уже похоже на реализуемый план. Число озёр явно не бесконечно. Узнать бы их месторасположения… Спрошу у Валюхи, но шансы невелики. Они и сюда вряд ли добирались.
Следом зацепилась мысль похуже, и от неё стало тоскливо. Я вспомнил, как выглядели долины с высоты: сухие русла между отвалами, вместо озёр — мутные блюдца, снежные шапки лишь на считаных дальних пиках. Для гор такой высоты снега там неприлично мало. Вода из этого мира никуда не испарялась, она попросту стекла вниз. Черви источили породу миллионами ходов, ключи и родники перестали бить, реки ушли в трещины, и вся влага собралась здесь, в темноте, куда не дотянется ни один корень. Наверху мир умер от жажды, а его моря всё это время плескались в «подвале». Эти твари не просто сожрали планету, но ещё и выпили, и отравили, как и говорила королева.
Ладно… Горевать о страдающем мире можно бесконечно, а можно заняться делом. Я спустился к самой воде, выбрал каменный язык подальше от отмелей и вытащил нож. Лезвие прошло по ладони, кровь закапала в тёмную воду, и порез затянулся раньше, чем я отсчитал десяток капель. Круги разошлись и стихли. Ждать пришлось недолго: спустя минуту в паре метров от берега кверху брюхом всплыла туша длиной с меня. Кровавое угощение с ноткой Эфира сработало даже в разведённом виде…