Она слушала молча, и боевой хват на рукоятях понемногу слабел.
— Кстати, — кивнул я на её стойку, — ты так и собираешься стоять в боевой позе? Разговор у нас намечается долгий, ноги устанут.
Королева покосилась на собственные руки с клинками и шумно выдохнула. Затем бросила пару слов лекарям, и обоих сдуло из спальни быстрее, чем я успел с ними попрощаться. Дверь закрылась, хозяйка опустилась на край кровати. Оружие она так и не отпустила, пристроила на коленях.
— Кто такая Алиса? — подалась она вперёд. — Ты произносил это имя в хранилище, когда разговаривал с пустотой. И у земли, когда я… Когда закончился бой. Кто она?
— О, а вот это уже правильный вопрос, — не я сдержал усмешки. — Алиса, тебя зовут. Выходи, будем знакомиться.
Воздух рядом с креслом уплотнился, и Лисонька вышла на свет. Белоснежные волосы уложены волосок к волоску, ушки торчком, хвост мерно качается, на лице выражение самой примерной девочки в классе. Кого другого этот спектакль, может, и обманул бы…
— Здравствуйте, — чинно сложила Алиса руки перед собой. — Алиса. Присматриваю за этим обормотом, чтобы его не съели в очередных гостях.
Королева отреагировала на гостью занятно. Ноздри дрогнули, перья на крыльях приподнялись дыбом, и по спальне от неё пошла давящая волна, от которой у лекарей за дверью наверняка разболелась голова.
— Богиня… — выдавила она.
Столько брезгливости в одно слово умудрился бы вложить не каждый. Вот теперь верю, что храмы тут разбирали на камни сами гарпии и с удовольствием. Одно дело мои догадки, совсем другое — эта живая гримаса.
Алиса неспешно обошла кровать, разглядывая крылья хозяйки с чисто кулинарным интересом.
— Всё-таки надо было ей перья выщипать и сварить куриный супчик, — поделилась она выводом, повернувшись ко мне. — Ты слишком добрый для этого мира.
— Я называю это дальновидностью, — посмеялся я.
Королева дышала с усилием. Пальцы вжались в рукояти, но клинки оставались лежать на коленях.
— Что мне сделать, чтобы вы оба исчезли? — прикрыла она глаза и, судя по всему, мысленно считала до десяти, чтобы успокоиться.
— Поговорить со мной, — пожал я плечами. — Ответишь на вопросы, и я уйду по своим делам. Или ты думаешь, у меня свободного времени вагон? У меня дома дел невпроворот, а тут ты капризничаешь.
— Ладно… Задавай уже свои вопросы, — повернула она голову в сторону, чтобы не смотреть ни на меня, ни на Алису.
— Расскажи, как вы стали вне Системы. Почему разошлись с ней, что случилось с вашей цивилизацией. Вашу историю, какой вы сами её видите и помните.
Она долго молчала, поглаживая большим пальцем алую грань клинка. Взвешивала, сколько чужаку положено знать.
— Не знаю, зачем вам это… Но ты меня победил, сохранил мне жизнь и не тронул ни город, ни моих гарпий. Я отвечу. А потом вы уйдёте и перестанете меня тревожить.
— Посмотрим, — уклонился я от щедрых обещаний. — Я говорил тебе о войне, которая скоро может начаться. Так вот, чтобы её остановить, крутиться придётся именно тебе, а не мне. И нет, крылатая армия тебе не поможет, собственные силы тоже. В этот раз не помогут. Нам, людям, выбора тоже не оставили, а значит, выход придётся искать, и это в твоих интересах не меньше, чем в моих. Ну а теперь я слушаю.
— Мы пришли в этот мир давным-давно, — начала она, глядя в стену. — Из родного мира, мира гор и ветров. Прошли через трещины, что появились на склонах родного мира, и оказались здесь, рядом с этими горами. Они приняли нас. Мы строили города на склонах и растили птенцов. Через перевалы легли торговые тракты, караваны платили за проход и охрану, и обе стороны были довольны.
— Давным-давно — это сколько? — уточнил я. — Люди в этом мире восемьдесят лет, мне нужна точка отсчёта.
— Счёт идёт на тысячелетия. Всё шло замечательно. Ну, почти, — усмехнулась она краем рта. — То чужие боги явятся и потребуют храмы в свою честь, то очередной сосед решит, что платить за проход — ниже его достоинства. Где стычка, где война… Но заканчивалось всегда одинаково: наши небеса оставались нашими. Мы отстроили столицу в этой котловине, а над переходом высекли в скале Защитницу.
— Защитница — это ваша богиня? — пристроилась Алиса на подлокотник моего кресла. — Своя, не пришлая?
— Она не была нам навязана, — отрезала королева. — Она родилась среди нас и за нас сражалась. Первая из первых в этом мире. Мы жили здесь, пока в нашем мире шла война… Мы осваивались, пока горы меняли свой цвет на красный от пролитой крови. Прошли годы, она стала легендой далеко за пределами наших гор и получила право вернуться в родной мир. Она отправилась туда, чтобы защитить нашу родину. И провела там двадцать лет, прежде чем сумела открыть тот портал, что вы видели под её ликом. Мы вновь увидели свою чемпионку, свою Защитницу. Она постарела, она устала, но её глаза были полны решимости. Она издала клич и позвала на защиту родных гнёзд армию. С ней отправились лучшие из лучших.