— А долго ещё сидеть? — зашептала Мыржа. — Я глину у входа забыла…
— Заберёшь позже. Пока иди, обними маму… — пообещала Фатира, утягивая девочку к себе.
Земля вздрогнула, по своду прошёл треск. Что-то большое ударило совсем рядом, и Гарруху стало не по себе…
Грохот не прекращался, и даже у него, прожжённого ветерана, уши заложило. Что уж говорить о детях. Мыржа заплакала, и Ошка зажала ей рот ладонью.
После этого удары пошли реже, а затем наступила тишина. Тянулась она долго. Гаррух стоял у плиты и слушал: ни шагов, ни голосов. Наконец, камень заскрипел, плита отошла в сторону, и в пещеру хлынул вечерний свет.
Гаррух вышел первым, выставляя топор. Вышел и опустил его.
Мёртвые твари лежали от пещеры до самого ручья, счёт шёл на сотни. И это только те, кого он видел… Среди них горбились панцирные звери, а у воды разлёгся исполин, чья ладонь была не меньше того камня, что закрывал проход в их пещеру.
Туши лежали просеками и кругами даже у подножья горной гряды, и Гаррух не мог даже примерно представить число погибших монстров и силу человека, что перебил всех.
Сам защитник не стоял на месте, он ходил по полю боя и что-то собирал.
— Ого! — высунулся из пещеры Бруган. — Сколько дохлых!
— А большой какой! — Кхарат ткнул пальцем в сторону исполина. — Папа, его тоже человек убил?
— Больше некому, — ответил Гаррух.
Бруган шагнул было к ближней туше, но Арчьябан ухватил его за ворот и вернул к пещере.
Гость начал приближаться к ним с полными руками какого-то добра. Вскоре на небольшой ровной площадке в пяти метрах от входа он ногой откинул тяжёлую тварь и разложил странное оружие из прямоугольников. Много граней было в нём, и выглядело оно пугающе красиво, по мнению самого Гарруха.
Об этом оружии Гаррух знал не много. Старшие офицеры рассказывали байки о том, как лучами из этих стволов твари резали стены крепостей и городов.
Семья выстроилась у входа и замолчала. Даже близнецы стояли спокойно, только вертели головами. Гость закончил счёт, отряхнул ладони и подошёл.
— Пастухов было тридцать три, — кивнул он на кучу стволов. — До заката здесь будет тихо, но эта волна не последняя, за ней идут другие. Оставаться нельзя. Доведу вас до ближайшего орочьего отряда, дальше пойдёте на юг.
— Пастухов? — переспросил Гаррух.
— Стрелков. Они направляют стаи, я их зову пастухами.
— А можно Кхарату один ствол? — Кхарат уже бочком двигался к куче.
— Нельзя. Без магии он бесполезен, а с магией будет опасен не только тебе, но и твоей семье. За ними охотятся Часовые.
Ответ был исчерпывающим. У орков были свои сказки. Обычно очень страшные, и в половине из них непослушных маленьких орчат пугали как раз Часовыми. Кхарат вздохнул и вернулся к матери. Гаррух опустил голову.
— Гаррух виноват, — глухо начал он. — Гость пришёл с миром, а Гаррух встретил его с топором. Гость закрыл собой семью Гарруха. Прими знакомство в знак мира и прощения.
Он повернулся к семье и повёл рукой.
— Это Фатира, жена Гарруха. Она носит четырнадцатого.
Фатира наклонила голову, придерживая живот.
— Это Арчьябан, первый сын Гарруха. Уже славный охотник и защитник семьи. Моя опора, владеет топором не хуже меня. Это Мандрачи, второй сын Гарруха. Он разбирается в травах и однажды может стать великим шаманом.
Арчьябан ударил себя кулаком в грудь, Мандрачи поклонился на шаманский манер, сложив руки на груди.
— Это Тхарга, первая дочь Гарруха. Она очень сильная.
Тхарга поклонилась, не потревожив свёрток на руках.
— Это Бруган, третий сын Гарруха, силач. Это Ошка, вторая дочь Гарруха. Она лучше всех разделывает дичь.
— Могу и тварь разделать, — предложила Ошка. — Только скажи какую.
— Это Зур и Мур, близнецы. Различить их нельзя, потому наказывают всегда обоих.
— Разумно, — одобрил гость. — А если провинился только один?
— Значит, второй его не остановил.
— А сами вы их различаете?
— Фатира различает, — признался Гаррух. — Гаррух пробовал с самого их рождения, сдался.
Близнецы переглянулись и поменялись местами. Гость хмыкнул и продолжать расспросы не стал.
— Это Хвада, третья дочь Гарруха, она поёт лучше всех в роду. Это Гхыр, четвёртый сын Гарруха, молчун. Но он очень умный, читает много. Даже писать уже умеет. Я вот так и не научился…
Гхыр подтвердил это кивком головы.
— Это Анча, четвёртая дочь Гарруха. Осторожно, она кусается. Особенно тех кусает, кто ей понравился.
Анча щёлкнула зубами в подтверждение.
— Это Кхарат, пятый сын Гарруха. Он хочет собственный топор и варга.
— Кхарат уже умеет рубить! — не удержался Кхарат.