— Это Мыржа, пятая дочь Гарруха. Она лепит из глины духов-предков и священных зверей. Только получается плохо. Ей всего четыре года. А это Пыжа, младшая дочь Гарруха. Она спит.
— Самое правильное занятие в её возрасте, — кивнул гость и оглядел семью. — Тринадцать… И четырнадцатый на подходе. Богатый род… Неужели все дети в нашем суровом мире и с орочьими традициями живые и здоровые?
— Потому я и бросил всё и всех, — Гаррух посмотрел человеку в глаза, — редчайшее благословение иметь большую семью и не хоронить своих детей. Я ни разу этого не делал. И не хочу начинать.
— Младшей год, а Мырже четыре… — начал было гость пытаться разобраться в его семействе.
— Два года подряд я ногу ломал в дальнем гарнизоне и не мог домой вернуться. Был наказан. Потому два года подряд без детей.
— За что наказан? За то, что ногу сломал? — удивился гость.
— Да. Заступил к нам на заставу как-то молодой орк и начал всем хвалиться, что у него самый большой клык в отряде. Я злой был тогда… Ну и сломал ему ногу. Не знал, что это старший сын присланного Диром нового городского шамана. Тот долго лечился, потом вызов мне бросил, ну я и опять ему ногу сломал. Но уже другую. Шаман обиделся, и меня подальше отослали, чтобы я молодого не убил. Потом его перевели, Дир армию собирал, а я вернулся.
Гость выслушал историю с широко открытыми глазами. Видно было, что чему-то удивился.
— Ну, хорошо, что вы все живы и здоровы. Надо собираться.
— Куда собираться? А как же ужин? — воздух рядом с человеком дрогнул, и из ниоткуда шагнула девушка, с ходу наезжая на сурового и могучего воина. — Ты детей голодными поведёшь в дальний путь?
У неё были белые волосы и лисьи уши, за спиной покачивался белоснежный хвост. Фатира перехватила копьё, Гаррух вскинул топор. Просто на всякий случай… Орочьи рефлексы сказываются.
— Уберите оружие, она со мной, — отвёл гость лезвие ладонью.
— Меня зовут Алиса, — девушка оглядела семью. — Я его богиня.
— Богиня!.. — Мандрачи первым рухнул на колени. Следом опустилась вся семья, и Гаррух вместе со всеми. Ведь с таким не шутят… Да и её вид и то, как она говорит с таким могучим воином… Ошибки быть не может.
— Вот, учись, — покосилась Алиса на гостя. — Сразу видно, воспитанный род. Поднимайтесь. Я обещала пир, значит, будет пир. — Она повернулась к человеку. — Сделай мне стол. Большой, на всех.
Гость приложил ладонь к земле. Степь затрещала, и перед пещерой поднялась каменная плита на толстых опорах, а вдоль неё — две лавки. Алиса провела рукой над столом, и на камне появились жареные куры, по одной перед каждым ребёнком, и два гуся. Первого она поставила перед Гаррухом и Фатирой, а второй оставила у себя и гостя.
Дети смотрели на кур и не шевелились: ждали отцовского слова. Гаррух сел, положил топор на лавку и кивнул. За столом сразу стало шумно.
— Такая щедрость… — начала было жена орка.
— У нас, кстати, сегодня праздник. Ровно год, как мы с ним впервые встретились с глазу на глаз. Так что ешьте и радуйтесь. Мне приятно, ему полезно.
— Ты, кстати, так и не пересчитала их, — оторвал гость гусиную ногу. — Пастухов было тридцать три. Одного ты пропустила.
— Потому что последний подошёл позже, все вопросы к нему. Я с опоздавшими не работаю.
Гаррух смотрел за тем, как они друг друга подначивают, и не знал, что делать. Решил, раз такое дело, будет просто жевать. К жующему меньше вопросов, ведь у того рот забит. И всё же он не выдержал…
Орк отложил кусок вкусной птицы, что сохраняла тепло и аромат дыма, и решил отметить невероятную силу их гостя.
— Один воин перебил орду… Гаррух прошёл четыре войны и такого не видел.
— А твари дошли и до людских земель, раз вы здесь? — подняла Фатира взгляд от гуся.
— Почти дошли. Мы их встретили у крепости, орки и люди бились в одном строю, и поле осталось за нами. Потому и говорю: идите на юг, туда твари не прорвались. Там большая армия, крепкие стены, толковые защитники.
— Орки и люди в одном строю, — повторил Гаррух и попробовал это представить. Не вышло. — Гаррух в молодости с людьми воевал. Дважды.
— Времена меняются. Против этой погани по отдельности не выстоит никто, и умные это уже поняли. Так что у перевала сейчас общие армии и общие котлы с кашей.
— А каша с мясом? — уточнили близнецы хором.
— С мясом, да, — кивнул гость.
— А гость правда человек? — Мыржа разглядывала его через стол. — А почему у него клыков нет?
— У людей клыков, как у орков, нет. У нас маленькие, чтобы не мешали и мясо можно было легко кушать.
— А чем вы тогда кусаетесь?
— Ничем. Люди придумали ножи и вилки. Зубы только для еды.
Мыржа захлопала глазами и решила сделать подарок. Оторвала от курицы ногу и подарила её человеку. Немного подумав, она отдала Алисе вторую ногу. Просто ноги она не любила… Но никому решила об этом не говорить.