— Устал? — гость обернулся к Кхарату, когда у мальца стали заплетаться ноги.
— Воины не устают! — отрезал Кхарат и тут же споткнулся.
— Понял, вопросов больше не имею.
Гость подхватил его и посадил на плечо возмущающегося воина. Но возмущался Кхарат недолго: сверху обзор лучше.
Арчьябан всю дорогу о чём-то расспрашивал гостя вполголоса, и по тому, как сын размахивал руками, Гаррух угадал разговор об охоте. Гость отвечал коротко, но не отмахивался, и это хороший знак. Кто отмахивается от чужих сыновей, тот и своих растить не станет.
Через пять часов пути, когда солнце уже наполовину спряталось за горизонт, человек остановился и посмотрел на небольшие кусты рядом с маленьким ручейком чистой воды.
— Выходите, — произнёс гость, глядя вниз с холма. — Я вас вижу, прятаться смысла нет.
Гаррух снова потянулся к топору: гость говорил с пустотой. Хотя после нынешнего дня Гаррух готов поверить во что угодно.
Пространство впереди пошло рябью, и внизу появилась колонна всадников на варгах. Полсотни бойцов, у переднего на шесте висел костяной тотем. Трое молодых сорвались с сёдел и кинулись на гостя с клинками.
— Стоять! — рявкнул седой разведчик и с седла отвесил ближнему по морде.
Молодой кувыркнулся в траву и затих, двое других остановились сами.
Седой спешился и поклонился гостю:
— Прости молодых, воин. Тотем прячет отряд от тварей и от любого поиска. Нас ещё никто так не находил, вот парни с перепугу и кинулись.
— Ты меня знаешь? — гость наклонил голову.
— Я был на арене Ратибора и видел твою дуэль своими глазами. Для степи честь, что столь прославленный воин бьётся за её будущее и помогает орочьим семьям.
— Тогда слушай мою команду. Не приказ, но просьба, которую я посоветую выполнить. Забирайте семью под охрану. Ведите на юг, к перевалу. Там крепость стоит.
— Знаю, туда и двигаемся…
— Вот и хорошо. Там ваша и наша армии стоят. Есть еда, припасы. От первого нападения тварей отбились. И дальше отступать не намерены. Каждый клинок будет на счету.
— На юге сейчас спокойнее всего, — согласился седой.
Он обернулся к своим и коротко распорядился. Всадники начали разбирать детей по сёдлам: Мыржу и Анчу усадили к самым спокойным варгам, Тхарге с Пыжой освободили место в середине колонны. Близнецов седой велел посадить порознь и глаз с них не спускать. Опытный, сразу видно. Кому-то из бойцов достался и Кхарат, который тут же принялся выпрашивать подержать поводья.
Фатира подошла к гостю и поклонилась, насколько позволял живот.
— Пусть и у тебя однажды будет большая семья. Больше нашей.
Гость на это почему-то закашлялся.
Гаррух подошёл к гостю и прижал кулак к груди:
— Гаррух не забудет. У долга Гарруха теперь есть лицо. Твоё лицо.
— Доведёшь семью до юга, и мы в расчёте. Такой семьёй разбрасываться нельзя.
Гость погладил Мыржу по голове, и та вложила ему в ладонь глиняную фигурку варга. Анча всё же дотянулась зубами до его запястья и тут же отпрянула.
— Твёрдый, — пожаловалась она.
— Кхарат вырастет, возьмёт топор и придёт к тебе служить! — крикнул Кхарат.
— Договорились. Только сперва стань сильным.
Гость оттолкнулся от земли, поднялся в воздух и ушёл на север по небу. Семья смотрела ему вслед, как и разведчики орков, отвесив свои массивные челюсти.
Когда человека скрылся, колонна двинулась на юг. Варги шли ровной рысью, наевшиеся дети клевали носами в сёдлах. Гаррух ехал рядом с Фатирой и время от времени оглядывался на север, где за грядой таял вечерний свет.
Молодой разведчик, потирая скулу, поравнялся с седым.
— Кто это был? Наш тотем никто не пробивал, а он нас разглядел сквозь него без всякого труда.
— Он бился с самим Диром и не проиграл, — ответил седой. — Такому и не то по силам.
О том, что Дир тогда проиграл сам, седой решил умолчать…
Глава 18
Остаток ночи я летел по небу на север и рассвет пятого дня встретил уже над мёртвой землёй. Степь, что сопровождала меня всю дорогу, теперь хотелось вспоминать добрым словом: там хотя бы попадались кости и свежие следы стай, какие-то кусты, выцветшая трава да кактусы. Здесь же не осталось и этого… Ни травинки в низинах, ни чахлого деревца на границах водоёмов. Даже птицы облетали эти края стороной, а ведь они на любую бойню слетаются первыми. Впрочем, тут поживиться падальщикам нечем: всё сожрали до них.