Стена разошлась в стороны, когда оставалось всего несколько метров до преграды. И первая же картина, открывшаяся передо мной, повергла в ужас и ярость. Сердце не стало биться чаще. Нет, оно остановило свой бег на секунду. Ту долгую секунду, что я рванул вперёд на полной скорости, врезаясь в строй эльфов.
«Замедление времени!» — мысленно прокричал я, активируя заклинание, скрытое в Реликвариуме.
Хоть бы сработало…
Мир замер, и клинок над головой Маши замедлился. Она вскрывала глотку одному из эльфов, что пытался добраться до сжатого древесными корнями варга.
Крепыш, Грозный и Ворчун были словно в тисках. Их, будто змеи, душили толстенные корни ближайших деревьев. Такие же корни пытались противостоять Дендроиду. Я знаю их силу и мощь. Скрутили, подобно анаконде, и давят, ломают кости.
Мэд один сдерживает десяток носителей золотых плащей. Чуть в стороне, не решаясь приблизиться, стоят стражи рощи друида.
На земле несколько эльфийских трупов, разрубленных пополам. «Гильотина» Маши показала себя в действии. Длинноухий ублюдок перед ней занёс копьё для удара по Крепышу, но он не успеет этого сделать. А вот лучники справа, что целятся в них… вполне могут выстрелить.
Феи… замерли в светящемся коконе перед какой-то эльфийской бабой. Она маг. И очень сильный. Всё тело пышет энергией, волосы дыбом, глаза сияют так, что зрачков не видно.
Тобиас? Нашёл его рядом с застывшим от ужаса сыном Аэлорина. Глаза смотрят в небо. В груди четыре стрелы. Ублюдки…
Сам эльфийский князь стоит, словно молит о чём-то ещё одного эльфа, верхом на здоровенном животном. Помесь зубра и благородного оленя. Золотая броня на животном и такая же блестящая на всаднике. Взгляд надменный, полный безразличия, медленно поворачивается в мою сторону. Ох, как блестит его корона на голове…
Главный зачинщик хаоса…
— Ху… — выдохнул я, активируя магию и медленно срезая клинком голову золотого плаща, вытянувшего клинок в сторону Марии.
Кольцо на пальце — там щит. Нужно хотя бы немного времени… Вытащить щит. Активировать защитную башню, легонько подтолкнуть в спину Марию, чтобы она прикрыла всех варгов, и оставить щит в её руках. А самому… познакомиться с тем, кто захотел утопить золотой лес в крови.
— А? — удивилась Маша, отлетая вперёд. Щит засветился, вокруг неё и варгов выросла полупрозрачная башня, из которой нельзя выйти и в которую не войти, если только не сломать созданный ею магический барьер.
— Я скоро… — произнёс я, рубя мечом эльфов по уязвимым местам.
Несколько трупов появилось возле меня, и я рванул в самую гущу, ни на секунду не прекращая свой кровавый танец.
Поляна превратилась в бойню.
Эльфы загалдели, командиры указали на меня. Но они ещё не поняли, что с того самого момента, как я вступил в битву, изменилось всё!
Деревья за их спинами начали оживать. Скрип, шум, треск и дрожание земли затопили это поле боя.
Ожившие деревья — это вам не корнелюды… Они намного сильнее и могущественнее. И крепче. Впрочем, корнелюды тоже вступили в бой.
Эльфы, вы решили драться? Что ж… Я предоставлю вам эту возможность. Махайтесь с собственным лесом!
Передо мной стеной стали стражи придурка-короля. Я швырнул в их сторону «привет от Василия», обычного человеческого охотника.
Такое оружие им, видимо, не встречалось. Они даже не поняли, что происходит, и разлетелись в стороны, словно кегли. Выпил склянку маны, уворачиваясь от заряженных магией стрел эльфов. Я тоже так могу… Практически…
Кислотная стрела полетела в их короля, но он, словно ведомый рукой бога, дёрнул голову в сторону. Стрела лишь оцарапала его щёку, но доставила ему то, что он очень даже заслужил. Боль! Корона не удержалась на голове и свалилась.
Эльфы разом ринулись ко мне, но мне было плевать, сколько их. Поднял меч и приготовился отправить их в ад.
Поскорее бы мана восстановилась. Познакомлю их с Дендроидом…
— КТО ПОСМЕЛ⁈ — прогремел звериный голос Тарна, и каждое слово было подобно удару грома. — КТО ПОСМЕЛ ТРОНУТЬ МОИХ ГОСТЕЙ⁈
Эльфы замерли. Гвардейцы побледнели. Некоторые попятились. Даже король застыл, уставившись на друида. Я не мог не воспользоваться этой возможностью.
— ТАРН! — закричал Аэлорин с земли, держа в руках корону. — ТАРН ВЕРНУЛСЯ! Я ГОВОРИЛ! ОНИ НЕ ВРАГИ!
— Чушь! Орочья погань в моих землях! Тарн всё ещё не в себе! ГВАРДЕЙЦЫ, УБИТЬ ВС… — заорал король, но заткнулся, как только мой клинок оказался у его шеи.
— Попробуй ещё раз дёрнуться, шкура остроухая. Отзови своих кретинов, или, я клянусь, ваш лес станут называть не золотым, а кровавым, — на эльфийском произнёс я.