— Впечатляет, правда? — подошёл Граф, тоже глядя на стройку.
— Быстро работают, — кивнул я.
— Но могли бы и быстрее, — с довольной улыбкой произнёс Граф, ведь именно он осваивал немалую часть чёрной бухгалтерии соседствующего с нами клана и направлял средства на развитие нашей деревни и поместья.
— Это да. С гномами соседскими были связи? Начали что-то реализовывать?
— Караван неделю назад выехал. «Мемория» как раз организовала всё. Составили трёхсторонний договор: нам пойдёт двадцать пять процентов прибыли. Всё под контролем, не переживай.
— Отлично. Всегда знал, что ты обалденный организатор. Отец тебе, к слову, привет передавал, как и матушка.
— Спасибо! Как они там?
— Тяжело… На город напали. Пара районов сгорела, грядёт большая перестройка.
— Да? Расскажи подробнее.
— Давай за ужином. Мне много чего рассказать нужно будет. И услышать новости от вас.
Ужин был сытным, но главное блюдо из одного несговорчивого петуха ещё готовилось. Граф постарался на славу вместе с Джоаной. Так много еды за час появилось, словно они готовились к нашему возвращению.
Алисы я не видел с момента возвращения, но слышал её восторженные крики. В подвале уже дожидался её магический инкубатор, перевязанный красной праздничной лентой. Сам я туда не спускался, но знал, что для ребят скоро будет много хлопот с её курами. А потом ещё и Архонт других птиц притащит…
Брячедум демонстративно отсел подальше от Имирэна. А тот старался игнорировать его присутствие. Да и вообще, был скуп на эмоции и слова.
Постепенно возвращались все остальные. Вася пришёл с охоты, сияя от радости не то от собственных успехов, не то от нашего возвращения. Шумели, радуясь возвращению своего «патриарха», оборотни, что вернулись с дозора.
Герда и Александр пришли последние и в стельку пьяные… Я хотел было возмутиться, но наш алхимик Джованни сказал, что это стандартный сценарий переговоров. Они активно ходят на всякие встречи с городскими элитами, торговцами и кланами, выбивая в сложной местной иерархии законное место для «Русских Кабанов».
Мы ели и болтали, обсуждали дорогу, встречу с эльфами, путешествие через море, нападение огненных големов и шатающегося по Домену неизвестного последователя культа Фиора и стычку в Гесдарро. Имирэн и Брячедум то и дело перебрасывались колкостями, но уже без настоящей злобы. Они были бы рады и нормально поругаться, но наш смех сбивал весь настрой. А не смеяться при их акценте и неправильном использовании слов было невозможно.
— Твой радужный гномий говно не бить лепёха! — сорвался на крик в один из этих раундов Имирэн.
И как тут сдержаться? Даже Брячедум заржал так, что слёзы из глаз градом покатились. Что именно хотел сказать эльф, мы так и не поняли. Он был сначала очень зол, потом очень расстроен и смущён, а в конце и вовсе перестал реагировать на всех нас. Быстро доел свой салат из огурца с помидорами и ушёл спать.
Утро следующего дня выдалось тихим. Город погрузился в траур. Чёрные флаги висели на домах, храмы звонили в колокола, люди ходили молча, понуро.
Мы собрались у одного из храмов в центре Крево. Храм Семи Добродетелей, носитель лисичкиной статуэтки с первого дня нашего появления в этом городе.
Маша стояла перед входом, одетая в простую тёмную робу. Лицо спокойное, но я видел лёгкое напряжение в её позе.
— Готова? — спросил я.
Она кивнула.
— Что нужно сделать?
— Не знаю. Задание просит меня поговорить с настоятелем.
Жрец вышел из храма, поклонился Маше.
— О, вижу на вас метку великой радости. Кажется, вы готовы сделать один из самых важных шагов в своей жизни. Следуйте за мной.
Они вошли внутрь. Остальные остались снаружи. Я прислонился к колонне, скрестив руки на груди. Остальные устроились рядом. Удивительно, конечно, как некоторые особенности и профессии меняют людей, делая их инструментом в руках Системы. Хотя все мы инструменты… Просто не всегда понимаем своё предназначение.
Брячедум присел на ступеньки, достал трубку и набил её табаком.
— Она справится, — буркнул он. — Девчонка упрямая.
Я улыбнулся. Маша действительно упрямая. Но не об этом я думал сейчас. А о другом: о своей родной сестре.
Где она сейчас? Жива ли? Помнит ли меня? И об отце…
Архонт Ковалёв. Человек, которого я почти не знал, но чья кровь течёт во мне.
Воспоминания накатывали. Я вернулся к одной своей семье, но другую… так и не нашёл. Я был близок, очень близок к тому, чтобы увидеть отца. Но упустил свой шанс, сам того не зная. И сейчас компас показывал мне новое направление: на север, к стражу северных границ Домена, самых суровых и опасных земель.