И что теперь? Сидеть и ждать, пока он, наконец, перестанет бороться с собой? Пока он изобретёт хитрый план «завоевания», который ограничится ревнивыми взглядами и властными приказами? Нет. Это зашло слишком далеко. Она устала от этой игры в кошки-мышки, где он то подпускает её близко, то отстраняется, прячась за маску начальника.
Он показал свою карту — ревность. Сильную, почти неконтролируемую. Теперь её ход. Но как заставить такого человека, как Алексей Громов, пойти на откровенный, личный шаг?
Мысли крутились по замкнутому кругу. Он выиграл вчерашний раунд грубой силой, служебным положением. Она не могла ответить тем же. Её оружие было другим.
Она подошла к зеркалу. В отражении смотрелась на неё женщина, знающая себе цену. Та самая, которая добилась карьерных высот самостоятельно. Которая выбралась из трясины неудачных отношений, проявив холодную волю. Эта женщина не могла просто ждать милости от мужчины, даже если этот мужчина — Алексей Громов.
Он боялся спугнуть её? Боялся, что его чувства, вырвавшись наружу, разрушат тот безупречный контроль, которым он окружил всю свою жизнь. А она полюбила его. Она хотела детей только от него, таких же красивых, умных и целеустремлённых. И, теперь её план состоял в том, чтобы заставить его признать, что он хочет того же самого.
Понедельник. Завтра. Это будет день, когда она перестанет быть пассивной стороной. Она не наденет короткую юбку и не будет строить ему глазки. Она будет идеальным профессионалом. Но в каждом её взгляде, в каждом деловом, но точном замечании для него лично, в самой своей невозмутимой уверенности будет сквозить одно и то же послание: «Я здесь. Я твоя».
Она взглянула на часы. До понедельника оставалось несколько часов. Лада подошла к шкафу и провела рукой по плечикам. Её пальцы остановились на ткани того самого абрикосового платья из Сочи. Платья, в котором он впервые увидел её не просто своим сотрудником, а желанной женщиной. Пока не время. И она потянулась к строгому тёмно-синему костюму.
Завтра — не день для намёков. Завтра — день для ясности. Игра на его поле, но по её правилам.
Глава 26
Алексей провёл выходные в состоянии лихорадочного, почти болезненного нетерпения. Вид Лады, соглашающейся на ужин с Липовым, и собственная грубая реакция на это, не давали ему покоя. Он не просто ревновал. Он понял, что больше не может выносить эту неопределённость. Эти взгляды через переполненный офис, эти деловые разговоры, за которыми скрывалось море невысказанного. Он вёл сложнейшие многоходовые операции в бизнесе, но в своей личной жизни застрял в тупике робких намёков и ревнивых вспышек.
Ему нужен был прорыв. Чистая, ясная территория, где нет офисных стен, любопытных взглядов и срочных совещаний. Где он сможет быть просто мужчиной, а она — просто женщиной. И где он наконец скажет ей всё, что долго носил в себе.
План созрел к воскресному вечеру. Он стоял у себя в квартире, глядя на тёмный город, и продумывал детали. Нужен был безупречный предлог. Что-то срочное, важное, не терпящее отлагательств, что потребует их совместного присутствия вдали от Москвы, вдали от коллег и работы. Идеальным вариантом была бы внеплановая проверка или переговоры по новому проекту на юге.
И тут он вспомнил о Константине. Константин Орлов — его старый друг, партнёр по нескольким совместным проектам, владелец сети роскошных отелей на Черноморском побережье и загородного поместья под Геленджиком. У них как раз зрел план провести ежегодную итоговую конференцию топ-менеджеров не в подмосковном отеле, а в более тёплом и вдохновляющем месте. Почему бы не сдвинуть планы и не заявить о срочной необходимости провести предварительную инспекцию места и обсудить детали?
Алексей набрал номер. Константин ответил после второго гудка, с фоновым шумом детских голосов — явно был дома, на семейном ужине.
— Алексей! Редкий гость, — раздался бархатистый, чуть хрипловатый голос. — Соскучился?
— Костя, привет. Извини, что в воскресенье. Дело есть.
— Для тебя в любое время. Говори.
Алексей сделал паузу, собираясь с мыслями.
— Мне нужна твоя помощь. И твой «Орлиный утёс» под Геленджиком. Мне необходимо срочно, во вторник, прилететь к тебе на недельку с одним ключевым сотрудником. Для инспекции территории под итоговую конференцию. Нужно создать видимость срочных, неотложных переговоров.
На том конце провода повисла тишина, а затем раздался низкий, понимающий смех.