После того как Наполеона отправили в ссылку на остров Святой Елены, где он и скончался, Бельмасон стал историческим местом, открытым для посещений. Через эти комнаты прошли миллионы, причем французы ощущали смутную тоску по дням былой славы.
В конце концов дом постигла суровая участь. Много лет он простоял пустой, погруженный в полумрак, заброшенный и никому не нужный. Однажды Люка, который ехал верхом на встречу со своей любовницей, высмотрел этот дом среди деревьев. А узнав о его легендарной истории, предложил государству выкупить дом за наличные — неслыханный поступок. Его предложение приняли.
Bal masque был первым значительным мероприятием, проводившимся в новой резиденции Люка. Более двухсот пятидесяти гостей получили выгравированные приглашения на прием в честь нового носителя ордена Почетного легиона. Им предлагалось прийти на прием в костюмах времен Первой империи. Гостям обещали меню начала девятнадцатого века и оркестр, который будет играть вальсы и кадриль.
Пока Люка не стало слишком жарко, на нем был костюм, полностью повторяющий роскошное коронационное облачение Наполеона, даже отделанная горностаем шапочка. Мадам Ли, которая прекрасно владела искусством перевоплощения, оделась в бальное платье, изображая миниатюрную императрицу Жозефину. Султан Омана нарядился капитаном пиратов. Костюмы всех троих вполне соответствовали обещанной в приглашениях тематике вечера.
В начале десятого Люка на час ускользнул. Он быстро прошел в кабинет, чтобы принять звонок по безопасной линии. Звонить должны были из Пекина. Люка шепотом больше двадцати минут разговаривал с генеральным секретарем коммунистической партии. Его ближайший сторонник и товарищ по оружию капитан Шамутон появился из секретной внутренней комнаты в момент, когда Люка заканчивал разговор, и услышал, как будущий глава Франции сказал: «Все будет сделано точно так, как вы приказали, сэр».
Так поползли слухи о силах, стоящих за троном.
Когда часы пробили десять, маленький отряд драгунов в шлемах торжественно вошел в зал и остановился на паркете танцпола. Вальс быстро свернулся. Капитан громко произнес:
— Император желает переговорить с капитаном пиратов, когда тому будет угодно это сделать.
Султан Омана, почетный гость праздника, рассмеялся и поклонился своей партнерше. Он вложил в ножны оловянный ятаган, драгуны построились вокруг него, и маленький отряд удалился.
— Вы хотели видеть меня, ваше величество? — сказал султан, входя в библиотеку, но прозвучало это как-то глупо. Подобным дурачествам самое место на танцполе, но никак уж не в библиотеке Наполеона. Султан явно был навеселе.
— Следите за манерами и снимите шляпу, капитан, — попросил Люка с легкой улыбкой. — Вы в моем доме. Присаживайтесь, вы нетвердо стоите на ногах.
— Я, пожалуй, выпью немного во-о-он того бренди, если вы не возражаете.
Люка кивнул, и капитан налил бренди. Его рука дрожала. Он был уже немолод и до смерти хотел спать.
— A votre same, — султан поднял бокал. — Ваше здоровье, мой новый друг.
Люка в ответ приподнял сигару:
— Мы все висим на одной ниточке, не так ли?
Султану не понравилось сказанное. Он был достаточно трезв, чтобы различить нотку угрозы в голосе хозяина дома.
— Какие-то проблемы? — спросил араб.
— Не проблемы, скорее возможность их появления, — сказал Люка и поднялся с кресла, чтобы возвышаться над султаном.
— Мой дорогой друг, в устах дипломатов это слово всегда звучит угрожающе, — пояснил султан.
Люка улыбнулся:
— Вижу, что вино ваш разум не затмило.
— Продолжайте, продолжайте, — поощрил араб, осушив бокал и глядя на Шамутона в ожидании. — Я так и думал, что вы пригласили меня в Париж не только для того, чтобы повесить мне на шею очередную блямбу.
— Завтра утром ровно в десять состоится церемония вручения ордена Почетного легиона. Сразу после церемонии мы с вами дадим совместную пресс-конференцию. Ваше высочество, вы объявите, что приглашаете Францию прийти на помощь вашей нации во времена больших потрясений…
— Потрясений? Но у меня в стране нет…
— Позвольте мне закончить. Потрясения, связанные с некими экстремистскими подразделениями, проникающими в вашу страну с севера через границу с Йеменом и сеющими беспокойство и раскол среди вашего населения. Иностранцы, которые хотят подорвать ваш авторитет и свергнуть ваше правительство. Так как ваше правительство состоит из вас, поскольку вы правите страной единолично, вы, о могущественный султан, идете на эти односторонние меры, чтобы защитить свой суверенитет.