Ху Ксу откинулся на черную кожаную спинку сидения. У убийцы был довольный и счастливый вид человека, который успешно выполнил свою миссию и многому научился. Спаситель Франции сильно его вдохновил. До этой поездки Мун был для Ху Ксу Богом. Теперь в его небесах кружилось целых два могущественных божества. Два гиганта скоро оседлают Землю. А у них на плечах будет сидеть хамелеон, нашептывающий им дурные мысли.
Через два часа, когда Ху Ксу стоял на причале возле маленького парома, готового переправить его в Англию, его сотовый телефон беззвучно завибрировал.
— Сыр в мышеловке? — спросили по-китайски. Это был руководитель PR-службы генерала майор Тони Танг.
— Да, без сомнения.
— Освободите пружину.
— Как скажете, майор.
— И еще. Дела в Лондоне повернулись так, что необходимость в вашем присутствии отпала. Встреча с лордом откладывается. У нас проблемы в нью-йоркском офисе. Пятно на репутации месье Бонапарта, которое нужно стереть немедленно. Боюсь, вам придется уволить двух его бывших сотрудников. Убрать их как можно скорее. Бианка вам все объяснит, когда приедете в Нью-Йорк.
— Бианка больше не работает в нашем лондонском офисе?
— Именно Бианка обнаружила внезапный интерес ЦРУ к этим двум бывшим служащим. Она свяжется с вами, — сказал Танг и повесил трубку.
Ху Ксу какое-то время смотрел на телефон, наслаждаясь моментом. А потом набрал заветный номер. История никогда больше его не забудет.
Один, семь, восемь, девять…
«Отправить».
29
— Кто обнаружил тело? — спросил Эмброуз у старшего садовника Джереми Пордейджа.
Мистер Пордейдж был тучным мужчиной, страдавшим одышкой. На его щеках горел яркий румянец, а от тела исходил едва заметный запах навоза. Диана стояла за спиной, заглядывая ему через плечо. Она изо всех сил пыталась делать вид, что не смотрит на виднеющийся в реке предмет. Конгрив давно заметил, что нет ничего более мертвого, чем утопленник. Он поднял взгляд, чтобы не смотреть на тело. На другом берегу ивы осторожно спускались к воде. Своими тонкими нежными ветками они дотрагивались до воды.
Голова утопленника застряла в изгибе дерева, руки и ноги болтались в пенящемся потоке, а серая рука то показывалась на поверхности, то снова исчезала. Второй садовник, крепкий парень лет двадцати, стоял на опрокинутом полусгнившем стволе дерева, пытаясь вытащить тело.
— Это мы нашли, сэр, — сказал старый Пордейдж. — Вот, Грэхем, попробуй этим. Я помогу тебе его вытянуть. — Пордейдж протянул парнишке грабли с длинной ручкой. После нескольких неудачных попыток парень сумел подцепить труп. Голова высвободилась и появилась на поверхности. Лицо было чудовищно раздуто.
— Это Генри, — прошептал Эмброуз, хотя и не был до конца уверен.
Пордейдж с помощником стояли, не шевелясь и ничего не предпринимая. После того как волнение прошло, труп стал ничем иным, как мусором, который нужно было вынести из леса.
— О! — сказала Диана и замолчала.
— Я — старший инспектор Конгрив, Скотланд-Ярд, — тихо сказал Эмброуз садовнику. Старый Пордейдж мрачно склонил седую голову. Мертвые никого не впечатляют, а вот полицейские — еще как!
— Я прекрасно знаю, кто вы, сэр, — сказал старший садовник, приподняв шляпу. — Для меня большая честь познакомиться с вами, сэр. Это мой внук — Грэхем. Он работает землекопом.
— Здравствуй, Грэхем, — обратился Конгрив к парню. Грэхем осторожно подтаскивал тело к берегу. Теперь Конгрив видел, что убитый был невысокого роста и не самого крепкого телосложения.
— Вы и вправду полицейский, сэр? — спросил парень, оглянувшись через плечо. Он ухватил утопленника за голову и торс, держа труп лицом вниз, и уже почти наполовину втащил его на крутой грязный берег, как тело выскользнуло и снова ушло под воду.
— Да, правда, — сказал Эмброуз.
— Господин работает в Скотланд-Ярде, Грэхем, — добавил дедушка и наклонился помочь внуку.
— Мистер Пордейдж, пожалуйста, мысленно вернитесь к тому моменту, когда вы обнаружили тело. Вы видели здесь признаки борьбы? На берегу не было каких-нибудь следов? Отпечатков подошв или покрышек в лесу?
— Нет, ничего, инспектор. Мы полагаем, что этот джентльмен приплыл по течению и зацепился за поваленное дерево вечером. До этого мы здесь два раза проходили. Один раз часов в двенадцать, а второй раз — около четырех вечера, и никакого тела не видели, сэр.
— Полагаю, следов крови тоже не было.