Виктор во всём сознался.
Романов Виктор Павлович, 27 лет, вы сознаётесь в содеянном? — глухо пронеслось по залу суда, заполненному зеваками, присяжными и людьми, чьи лица Виктору ничего не значили.
— Да, Ваша честь, — едва слышно прозвучало в ответ, однако этого хватило, чтобы в зале поднялся гул.
Виктор развернул письмо, что лежало в кармане:
Дорогой мой Виктор,
если ты читаешь это письмо — значит, утро уже близко. Мне сказали, что всё случится быстро.
Я люблю тебя. Я не ищу для этого слов и не прошу, чтобы ты понял. Любовь была во мне задолго до этого письма и переживёт его. Она не стала меньше от страха и не стала больше от приговора. Она просто есть.
Завтра меня не станет. Я пишу это без слёз — не потому, что не страшно, а потому что я устала бояться. Страшнее было жить раньше, когда каждый день мог стать последним и никто не знал моего имени. Ты дал мне имя. Крышу. Тепло. Несколько лет жизни, которые были настоящими. За это я благодарна тебе больше, чем могу выразить.
Не вини себя за мой выбор. Я сделала его сама. Когда-то я выбрала уйти с улицы. Потом — остаться рядом с тобой. Сегодня я выбираю закончить эту историю так, как умею. Иначе я просто не смогла бы.
Я не прошу тебя помнить меня. Я ничего у тебя не забрала. Я только вернула то, что мне когда-то дали.
Береги себя так, как умеешь.
Я любила, люблю и буду любить тебя.
Твоя навсегда, Виктория.
Стук молотка судьи быстро вернул беснующуюся толпу в тонус. Письмо намокло от слёз, Виктор поспешил его убрать, дабы не испортить окончательно.
Судья продолжил:
— Решением суда постановляю: отправить Романова Виктора Павловича, 1834 года рождения, на пожизненную ссылку и каторгу за следующий перечень правонарушений:
- Умышленное причинение смерти Петронова Алексея Владимировича, заместителя губернатора, путём применения насилия, повлёкшего смерть потерпевшего.
- Сокрытие совершённого преступления, выразившееся в оставлении места происшествия, уничтожении следов и попытке уклонения от правосудия.
- Дача заведомо ложных показаний органам полиции и следствию с целью введения суда в заблуждение.
- Склонение и фактическое допущение оговора, повлёкшего осуждение и последующую казнь невиновного лица — Виктории.
- Злоупотребление доверием и зависимым положением указанной Виктории, выразившееся в моральном принуждении и использовании её положения для собственного спасения.
- Надругательство над правосудием, выразившееся в продолжении противоправной деятельности, проявлении безразличия к последствиям содеянного и попытке подрыва авторитета суда и власти.