И в один день, примерно неделю назад, когда я собиралась уходить, произошло то, чего я так желала и так же боялась. Мы заговорились, и я могла опоздать на работу. Я уже привычно подошла к Максу, наклонилась, чтобы поцеловать его в щёку. Но в последний момент Макс повернул голову, и наши губы соприкоснулись. Я сразу же отстранилась, между нами были миллиметры. Макс подался вперёд. И коснулся моих губ лишь на одно мгновение. Затем он снова отстранился, заглянул в глаза, спрашивая разрешения и читая мою реакцию. Нежно провёл кончиками пальцев по лицу и снова припал к губам. Аккуратно прикусил нижнюю, языком раздвинул губы и проник внутрь, углубляя поцелуй. Я ответила ему. Он обхватил меня за талию и посадил к себе на колени. Не знаю сколько мы целовались, но оторвались друг от друга когда уже не хватало воздуха. Макс прохрипел:
- Крышу сносит.. когда рядом.. целовать хочется.. всю..
- Мне на работу пора.. - неуверенно возразила.
- Никуда не отпущу. Больше никуда. - прошептал и снова коснулся губами моих губ.
Отстранился. Внимательно посмотрел. Я слезла с его колен и, опустив взгляд, схватила сумочку и попятилась к выходу. Вдруг, талии коснулись сильные руки и притянули к горячему телу. Над ухом раздался бархатный шёпот:
- Куда собралась? Я тебя не отпускал. - зарылся носом в волосы на затылке. Рука на животе ожила и стала поглаживать сквозь ткань рубашки. Губы спустились к шее. Языком лизнул пульсирующую жилку.
Макс обнял меня со спины, уткнулся носом в шею.
- Я больше не смогу без тебя. Больше не смогу. Ты будешь со мной? Через неделю я жду от тебя положительный ответ. Другой не приму. Не скажешь "да" - закину на плечо и утащу в свою пещеру.
Я захохотала. И кожей почувствовала, как улыбнулся Макс.
Каждый день Макс убеждал меня принять единственное правильное решение - согласиться. Причём убеждал довольно действенным способом - зацеловывал до смерти, до дрожи в коленях, до головокружения.
Вчера его выписали. Но мы не встретились. Его забрал друг, а я работала в две смены. Макс попросил зайти к нему за час до выхода на сцену.
И вот. Сегодня я должна дать ему окончательный ответ. Стою перед зеркалом, пытаюсь стереть с лица эту идиотскую, но совершенно счастливую улыбку. Последний раз гляжу на своё отражение, выдыхаю и выхожу в коридор. Поднимаюсь на его этаж. Подхожу к приёмной и берусь за ручку. Ну и откуда такой мандраж, Шевцова?! Это ж сталкер! Твой сталкер! Мой.. Встряхиваю головой и захожу. Светланы Александровны нет на месте. Отлично, будет сюрприз. Подкрадываюсь к кабинету. По ту сторону двери раздаётся женский голос. Прислушиваюсь.
- Ну мииилый.. Максююююша.. Я так соскуууучилась.. - приторный, словно расплавленный зефир голос прерывается на недвусмысленные причмокивания.
- А ты скучал? Вииижу, что скучал.
Вот же сссскотина. Тварь. У него девушка есть, а он..
Я не выдерживаю и распахиваю дверь. И зря. Потому что картина, представшая моей не полностью окрепшей психике, засела в мою голову на всю оставшуюся жизнь.
Силиконовая фифочка оседлала Вершинина, сидевшего на кровати. Ультра-короткое платье задралось до шеи. Попа, обтянутая красными стрингами, грозилась вывалится из последних. Подняв глаза выше, я откровенно говоря, охерела. Они лизались. Именно не целовались, а лизались.
На звук открывшейся двери оба оглянулись. На девушку я не смотрела. Но встретилась с взглядом разьярённых глаз. Впрочем, уже через несколько секунд взгляд сменился на расстерянный.
- Лисёнок?.. Я.. это.. чтобы сейчас не выдала твоя буйная прекрасная головушка, знай - это не так. Послушай..
Но я уже не слышала. Не хотела слышать. Глаза застелила пелена. Слёзы грозились вот-вот хлынуть. Я развернулась и побежала в гримёрку. За спиной раздавался ставший таким родным, но оказавшийся таким лживым голос. Он звал меня. А я молилась, чтобы он не догнал. Чтобы упал где-нибудь, врезался в стену, но не догнал.
И наконец-то судьба отвернула от меня свою уже приевшуюся мне задницу. Я захлопнула дверь прямо перед носом у Макса. Защёлкнула замок за секунду до того, как тот потянул ручку на себя. Прижалась к двери спиной и съехала по ней на пол. И наконец, дала волю слезам.
На дверь обрушивался град ударов.
- Алиса, открой! Слышишь?! Открой!!! Я тебе всё объясню, только открой!
Я обхватила руками колени и прижала их к груди.
В дверь ударили последний раз, послышалась ругань. И шаги, удаляющиеся от моей двери дальше по коридору.
Как он мог? И как я могла? Я ведь не хотела в него влюбляться! А я.. влюбилась?
Вытираю слёзы. Хватит. Он этого не стоит. И я ему отомщу. За уязвленную гордость. За оскорблённые чувства. За всё.
Поднимаюсь и иду в душ. Умываюсь и иду к зеркалу.
План мести приходит неожиданно. Но мне он нравится.
Пытаюсь восстановить макияж из того чёртова дня. Натягиваю то же бельё, чёрную короткую кожаную юбку-карандаш, чёрную обтягивающую водолазку. Зашнуровываю ботинки. Завязываю высокий хвост. Вдеваю в уши большие кольца. Внимательно смотрю на своё отражение. Вроде бы всё та же я. Но что-то неуловимо изменилось. Не могу понять что. На меня в ответ смотрит стерва. Даже не стерва, а прям сучка. Возможно, я таковой и являюсь. Но это точно не я.
Ладно, надо поторопиться, если хочу успеть.
Осторожно, оглядываясь по сторонам, выхожу в коридор. На пути никого, отлично.
Иду к Игорю. Стучусь. Дверь гримёрной распахивается. На пороге стоит Алёнка, ошеломлённо уставившаяся на меня.
- Ли? А ты.. ты чего здесь?
Ничего не говоря, проталкиваю её вглубь комнаты. Из душа выходит Игорь.
Эти двое за последний месяц простили друг друга. Разъяснили всё и сейчас любят и наслаждаются своим обществом.
Гоша также ошарашенно оглядывает мой прикид с открытым ртом.
Останавливаюсь посреди гримёрки.
- Гош, ты в грязных танцах смыслишь?