- До неё я дозвониться не смог. Дома её тоже нет, хотя времени прошло уже прилично. Надо искать. Через два часа самолёт ещё.. - вздыхает.
Так стоп, подождите. Что он сказал?
- Какой ещё нахер самолёт?! - он смотрит на меня, как на полоумного.
- Обыкновенный такой. По небу летает. - усмехается.
Подхожу к нему, хватаю за грудки.
- Тебе какое вообще дело до неё?! - рычу.
- Руки убрал. - хватает в ответ. - Кто-то же должен о ней заботиться. - вновь ухмыляется. - Руки убрал! - повторяет громче. Отталкивает.
- Да я тебя.. - Вновь бросаюсь на него.
- Макс, стой на месте! Заебал уже! - Лёха хватает за плечи и тянет на себя. - Сказал же, что брат это её!
Трёп прервал звонок сотового.
- Заткнулись все! - рявкает Иван, достаёт из кармана телефон. - Да, отец. Да, в клубе. - отвечает бодро. - Д-да.. - уже менее уверенно. - Когда? Понял, сейчас буду. - его рука с телефоном медленно сползает вниз от уха. Гитарист немигающим стеклянным взглядом смотрит в одну точку на стене.
Нет.. Нет! Я даже не хочу слышать, что случилось..
- Ну чего ты молчишь?! - Лёха не выдерживает первым.
- Алиса.. Она.. С крыши уп-упала.. Поскользнулась и.. Вниз.. Скорая не успела.. Её увезли в центральную.. Все морги з-заняты...
В ушах стоит шум. Я больше ничего не слышу. Гитарист, хлопнув дверью, ушёл. Лёха молча обнял и прижал меня к себе.
Но я больше ничего не чувствую. Только огромную чёрную дыру, расстущую в груди. И боль. Невыносимую боль, от которой хочется орать, выть волком и просто скулить, как дворняга на морозе.
Это я виноват.. Это из-за меня.. Это Я ЕЁ УБИЛ! Я!!!
Я не смогу без неё жить.. Не смогу.. И не хочу.. Не буду..
А в голове набатом стучит :
"Её больше нет"...
Эпилог
На крыше многоэтажного дома стоит молодая девушка. Она стоит совсем близко, от пропасти её отделяет лишь невысокое ограждение. На нём висит табличка, предупреждающая о том, что здесь опасно находиться. Но девушке всё равно. Ветер развевает её волосы, то еле заметно шевеля их, то со всего размаху швыряя в лицо хозяйке.
Девушка слушает город. Где-то вдалеке слышится вой сирены. Где-то, в районе частных домов, гремит музыка. Так сильно, что его слышит девушка, находясь чуть ли не на другом конце города. На перекрёстках сигналят автомобили, слышится скрип тормозов и рёв двигателей.
Слишком оживлённый город для пяти утра..
Внизу, куда девушка полетит через три минуты, гуляют мальчик и девочка. Они смеются, обнимаются, признаются друг другу в любви..
Девушка усмехается. Она тоже любила. А сейчас не может. Больше любить нечем. Её мальчик растоптал её сердце. Станцевал на его осколках вальс со своей невестой, теперь уже женой.
В груди что-то ёкает. Становится нестерпимо больно. Опять.
Нет, она не плачет. Слёзы закончились. Единственные напоминания о недавней истерике - разводы туши на щеках и искусанные в кровь губы, распухшие от солёной воды.
Как он мог так поступить с ней? Не он ли совсем недавно клялся ей в любви? Кто обещал ей красивую сказку, а на деле подарил лишь горькую классику?
Девушка в отчаянии. Она перелезает через ограждение, становясь на самом краю. Носки её кед свешиваются с крыши. Из её груди вырывается судорожный всхлип. Ей не страшно. Ей снова больно. Хочется как-то заглушить эту боль, убить её, вытравить из тела и души. Но она не может.
Внизу слышатся крики прохожих. Они увидели девушку, хотят помочь ей. Они звонят в скорую помощь, спасателям. Вот только они не успеют приехать. Уже никто не успеет.
Девушка закрывается. Отключает голову. Она больше ничего не слышит и не чувствует. И где-то на затворках сознания она слышит не существующий крик, который разрывает душу на части: "Лисёнок! Не смей! Слышишь? Я люблю тебя"..
Глупое сердце отчаянно бьётся в груди, уверяя глупую хозяйку, что оно живое, оно борется. А она не хочет.. Уже ничего не хочет..
Хочется кричать, но не хватает сил. Ноги больше не держат хрупкое тело девушки. Она оседает на пол. Но за ограждением остаётся чертовски мало места, и она свешивает ноги в пропасть.
Внизу снова оживляются. Снова что-то кричат. Кто-то плачет. Вот только зачем? Какое им всем дело до этой девушки?
В голове медленно проясняется. Девушка смотрит вниз. Люди подняли головы к верху. Кто-то снимает всё происходящее на телефон, женщины крестятся, мужчины пытаются как-то решить эту проблему.
Девушка ощущает, что она замёрзла, продрогла до мозга костей. И словно в подтверждение ощущениям, колючий ноябрьский ветер со всей силы врезается в девушку. Девушку трясёт. То ли от холода, то ли от чего-то другого..
Боль наконец-то проходит. Девушка понимает, что она чуть ли совершила главную ошибку в жизни. Жизни, которую собиралась пресечь буквально ещё секунду назад. Она пытается крикнуть людям внизу, что всё в порядке, что она сейчас слезет оттуда. Но из горла вырывается только хрип. Девушка медленно поднимается. Собирается перелезть через ограждение назад, к безопасности. Но поскальзывается. Вовремя схватившись за перила, девушка прижимается к ним. Провожает взглядом кед, что соскользнул с левой ноги. Слышит шлепок об асфальт. Так бы шлёпнулось и её тело.