- Избавьте меня от этого зрелища! – вскрикнула Хариэтт, - я порно-театр не заказывала!
- А ты не производишь впечатление занюханой моралистки, - парировал Зер, - и как только в Патруль таких слабонервных берут?!
Но девочку он все-таки не тронул, хотя вряд ли из-за нее, Хариэтт, или отца. Скорее всего, из-за меня. Ему тоже было больно видеть меня такой, и больно было оттого, что я отгородилась от него. Ведь в последнее время чувства его ко мне окрепли настолько, что их можно было уже считать настоящими. Но ни в одном слове или взгляде он не показывал этого. Он справлялся с ситуацией по-своему – а именно примерял на себя роль отмороженного мудака.
- Игра еще не окончена! Но где же музыканты?! В зале слишком тихо, словно у нас похороны! Похороны будут позже!
Стража приволокла испуганных музыкантов, и они заиграли совершенно не подходящий к ситуации веселенький марш.
Второй раунд игры заключался в том, что другой человек (тот, которого забрали за неуплату податей) должен был попасть выстрелом из лука в яблоко на голове отца девочки. С завязанными глазами… балансируя на перекинутой через лежащую бочку доске. Это было практически невозможно, и опять же в этом-то и заключался весь смысл. Дать человеку почти нереальную надежду, и смотреть, как он мучается, цепляясь за нее. Лучше вообще не иметь надежды, чем каждый раз воскресать, лишь для того, чтобы опуститься на еще низший уровень ада.
Изможденный побоями, голодом и питьем крови человек забрался на качающуюся доску. Оркестр заиграл громче. Обреченный отец Клотильды встал у дальней стены, а одна из девиц поставила яблоко на его голову. Пришедшая было в чувства Клотильда вскрикнула и кинулась к папе, но Зер меткой пощечиной со зверской вампирской силой отправил ее обратно в отключку.
Стоящий на доске прицелился, и я небрежным взмахом руки повязала шелковую повязку ему на глаза. Лишенный возможности видеть, человек пошатнулся, и едва не упал, потеряв равновесие. Но удержался и лихорадочно дергался, пытаясь вспомнить, где только что были его руки на прицеле.
Зер поднял руку и музыканты дали барабанную дробь. Ставший живой мишенью даже не закрывал глаза. Я знала, что теперь, когда он не смог спасти родного человека, ему смерть милее жизни и он не боится этой стрелы.
- Стреляй же!
Звонко взвизгнула тетива, и ее дрожание прошло через мое тело. Этот звук выбил меня из равновесия, и я едва не рухнула на пол. Желудок предательски попросился наружу, а перед глазами предстало окровавленное тело монсеньора и дрожащая тетива лука в руках эльфа Малика.
- Убери их! – не своим голосом заорала я, - убери их всех!
Зербаган метнул на меня непонимающий взгляд и приказал страже вывести всех из зала, тело отца Клотильды с пробитым стрелой черепом тоже унесли.
- Не повезло мужику, - цинично выдала Хариэтт, - меткий стрелок попался. Целился бы хуже, стрела бы «в молоко» ушла.
- Заткнись! – прорычала я.
Она смерила меня презрительным взглядом, каким смотрят довольные жизнью люди на тех, кто страдает. Этот взгляд обычно означает: «Как же надоели эти вечные проблемные люди. Сами себе проблемы придумали и страдают! Да им просто сам процесс нравится!». Ах, да! Еще коронная фраза, что все проблемы и недуги из головы. Если бы смерть монсеньора была из моей головы, я бы себе голову своими руками оторвала!
- Принц Дракула, я доставлю Вас в Магоград, - шагнула вперед она.
Лучезарная улыбка, сменившая презрительную гримасу так быстро, заставила меня насторожиться. Я ускорила свою реакцию на максимум и тоже сделала шаг. Моего движения никто не заметил, просто я вдруг оказалась ближе, чем была долю секунды назад.
- Вы что, у одного парикмахера причесываетесь? – вдруг невпопад выдал Зербаган, глядя на нас.
- Что? – в один голос удивились мы и переглянулись.
Кудри у нас и вправду были одинаковые, только у меня длиннее и темнее. Быстрым взглядом я заметила, как ее рука нырнула в карман, но предпринять ничего не успела. Ткань миров буквально взорвалась изнутри, и в образовавшуюся прореху влетел кувыркнувшийся в воздухе кинжал и выбил у нее из руки шприц с каким-то зельем.
- Зербаган, нет!!!
Вслед за кинжалом появился Даниэль. Он был одет в обычную футболку и джинсы, а на правой скуле красовался огромный синяк. Видимо, получил он его только что, раз еще не успел регенерировать.
Я мгновенно вскинула руку, образовав между Зербаганом и Хариэтт магический барьер.
- Это обман! – закричал Даниэль, - они не хотят говорить с тобой! Они хотят тебя убить!
- Но зачем?! Тогда умрут все вампиры!