Готовую первоткань он соединял с телом человека (любого, но желательно того пола, тело которого нужно). И накладывал на эту связь одностороннее заклинание «образа и подобия». (В записях было указано, что в первый раз он запустил обоюдное заклинание, и человек наоборот превратился в биомассу.)
И потом уже готовое тело меняется по необходимости путем введения в него всяких сывороток и прибавления дополнительных генов. Эту часть мне можно будет пропустить, исключая ген вампира, естественно.
На все это время Лариса оставалась жить в замке. Я поселила ее на первом этаже своей комнаты. Именно она должна была быть генным материалом для создания первоткани. Я спросила, не смущает ли ее то, что ее возлюбленный будет иметь с ней одни гены (примерно как сын с матерью). Но она сказала, что он вампир и детей ей от него не рожать. «Тем более, когда он вернется к жизни, ты умрешь», - ободряюще добавила я.
- А, кстати, ты подумай насчет детей, - сказала я, надевая белый халат в лаборатории, - я могу создать его человеком, а в вампира потом сам обратится, если захочет.
- Я же умру.
- Ну, родишь и умрешь, а ему и Лире останется память о тебе.
Я не стала рассказывать ей про то, что когда (если) она кого-то родит, меня уже не будет в живых. Я передумала ее убивать практически сразу. Гнев прошел, и во мне проснулось давно забытое желание творить добро. Пусть хоть кто-то будет счастлив. Даниэль был хорошим парнем, да и перед Зербаганом было бы неудобно, что я могла спасти его сына и отказалась. Но ей я пока об этом не говорила. Пусть думает, что умрет. Ее жертва принесена не в момент смерти, а в момент согласия. Согласие решает все.
- Ну ладно, я думаю нужно спросить для начала его самого, что он думает об этом. Пусть будет человеком.
Аккуратно набрав шприц ее крови, я перелила ее в колбу и добавила ампулу обезличивающей сыворотки. Теперь клетки ее крови постепенно превратятся в первоткань, а постоянный приток энергии «собьет их с толку», они будут думать, что находятся в живом организме и станут делиться.
- Сколько весил твой Даниэль?
- ?!
Я махнула на нее рукой, воздвигая длинную и широкую цилиндрическую колбу посреди лаборатории. Внутри я заполнила ее искусственной амниотической жидкостью и поместила туда исходный материал. В данный момент питала эту субстанцию я, но чтобы не торчать тут двое суток (а именно настолько я ускорила процесс) я прикатила аппарат, который раньше поддерживал жизнь в моем теле. С момента моего первого оживления аппарат пылился в углу, явно ожидая своего часа. Подсоединив нужные трубки к нужным каналам (хорошо быть магом – нет трубок – наколдовала!), я влила в пробирку эфир и сказала.
- Ну, все. На сегодня закончили, через двое суток придем снова.
- А ничего, что у него будут две Х-хромосомы? – недоверчиво спросила Лариса, идя за мной.
- Ишь ты, грамотная, какая! Первоткань бесполая. Меня Изначально создавал монсеньор из своей крови, но как видишь, я все-таки женщина. И вообще! – я снова начина впадать в беспричинную ярость, - Баба, мужик, да хоть собака! Тебе же нужно, чтобы он жил!?
- Тогда детей не будет, - философски-меланхолично вздохнула она.
Через два дня все было готово. Биомасса занимала почти всю колбу, и была в достаточном количестве.
- Ну, а теперь нам нужен мужик! – иронично произнесла я, - кто у нас папашей будет?!
- Не знаю,- потерялась Лариса.- Я никому не говорила о своих планах и мне некого попросить.
- Ну, возьмем одного из стражей, они товарищи темные, но надежные.
- А может попросить Вашего… ну, двойника Зербагана?
- Лазаро?
Я задумалась. Согласится ли он на подобное? Насколько я знаю, он не фанат всяких лабораторно-магических штучек. Да и мне не особо приятно будет делать его «отцом» какого-то левого парня.
- Позовите распорядителя!
Как ни странно, Лазаро согласился. И, как ни странно, сразу. Мы с Ларисой уложили его на кушетку рядом с цилиндром и вместо трубок аппарата присоединили его к аппарату для отделения плазмы. Кровь Лазаро перегонялась через него, плазма шла в цилиндр, а кровь обратно хозяину. Такая связь обеспечила соединение. И уже поверх нее я наложила заклинание «образа и подобия», тоже утроенное, для большей скорости.
Кстати, со мной эту процедуру тоже проводили. В детстве, когда я после падения с лабиринта лежала без сознания. Валериан уже тогда знал, что я буду его наследником, и уже тогда готовил тело именно для меня. А я все думала, почему он меня сразу не исцелил кристаллом. Все для того, чтобы втайне от меня самой провести эти процедуры.