- Не прогневайся, повелитель. Этот чужеземец желал видеть тебя, так обрати свой гнев на него.
- Это правда? – спросило божество, глядя на нас.
В голосе его чувствовалась заинтересованность.
- Правда, - ответил Валериан.
Его спецэффекты и чудной вид призванного бога не впечатлили.
- Уйди, жрец, - велел Уицилопочтли.
Тот словно команды только и ждал. Смылся в ту же секунду.
- Кто ты, чужеземец?
Я так поняла вопрос у всех, от самого простого воина до бога, мы вызываем один. Но на сей раз Валериан представился, как подобает.
- Я король далекого мира. Магистр тьмы и Мрака, повелитель и чародей Валериан Второй.
- Нечасто ко мне являются гости из иных миров. Я даже иногда забываю, что они существуют, - протяжно произнес бог, - я вижу, ты равен мне по силе, так что привело тебя ко мне?
- Я пришел не меряться с тобой силами. Я пришел предложить тебе кое-что. Но прежде прими меня как гостя, а не как подданного.
Уицилопочтли поднялся с трона и, взмыв в воздух, скрылся в отверстии наверху, напоминающем шахту лифта. Валериан, качнув головой и обхватив меня за пояс, так же поднялся в воздух. Летели мы не долго, но оказались на самом верху – в храме на вершине пирамиды. Божество восседало на таком же троне, как и внизу, только поменьше, нам было предложено сесть на выступ из стены, напоминающий скамейку. Однако Валериан от предложения отказался, а мне было уже все равно, охлаждающую магию он перестал поддерживать, едва мы сюда зашли, и я снова страдала от жары. Опустившись на прохладную каменную скамейку я, тяжело дыша, откинула с шеи волосы. Святилище Уицилопочтли было украшено фресками и скульптурами, пол был выложен резными напольными плитами, а в центре стоял на массивной подставке литой золотой диск, изображающий расчлененное женское тело, звучит жутковато, но учитывая то, что все было довольно схематично, выглядело не так страшно. Пол был наклонный, точнее выпуклый от центра, к четырем аркам, выходящим соответственно на четыре стороны пирамиды. От щита к арками шли темные следы, и я, кое-что слышавшая об их ритуалах, поежилась. Валериан стоял у арки и смотрел вниз.
- Так зачем ты призвал меня? – первым не выдержал хозяин святилища.
- Предложить тебе уговор. Ты окажешь услугу мне, а я взамен – тебе.
- И что же тебе нужно от меня, чего ты не в состоянии сотворить сам?
- Мне нужно знать, как ты получаешь силу.
Бог войны встал с трона и как-то странно, на полусогнутых, подобрался к золотому диску. Погладив его рукой, он гадко плотоядно облизнулся.
- Мне дают силу жертвоприношения! А твоя награда, это часом не эта девочка?
Я и моргнуть не успела, как это жуткое существо оказалось совсем близко от меня. Приблизившись к моей шее, так что едва не коснулся ее своим крючковатым носом, он втянул воздух и, противно оскалив зубы, пропел:
- Я чую ее кровь! Она особенная! Это достойная награда для меня!
Я чудом удержалась, чтобы не подтянуть ноги и не врезать ему пяткой в лоб.
- Нет, - холодно ответил Валериан, - эта девочка нужна мне самому.
Уицилопочтли сверкнул глазами в мою сторону и, поморщившись, отошел обратно к диску (как я поняла - он был чем-то вроде алтаря). Несмотря на свой страх и отвращение, я внешне выглядела самоуверенно и где-то даже высокомерно.
- Так что же ты хочешь мне предложить?
- Сначала о том, что я хочу получить. Я хочу знать, как именно кровь жертвенных людей преобразуется в энергию для тебя.
- Ты странно говоришь, чужеземец. И странные вещи спрашиваешь. Кровь стекает по этому алтарю и по магическим символам на ступенях пирамиды, и живительные силы наполняют меня.
- Какие именно символы?
- Ты спешишь, чужеземец. Сначала скажи, зачем мне помогать тебе? И почему я не могу принести вас самих в жертву и получить твои силы… и ее?
- Сделать ничего ты нам не сможешь, а за твою помощь мы готовы предложить тебе кое-что поинтереснее, чем наша кровь. Ты ведь не слишком жалуешь своего соседа? Да, да, того самого, который не любит человеческих жертвоприношений?
- Кецалькоатль. Пернатый Змей, - с ненавистью сказал он.
У меня возникла невольная симпатия к этому Кецалькоатлю.
- Того самого, - потер руки Валериан, - он в последнее время ведь обошел тебя по популярности, верно? Люди предпочитают кланяться ему, а не тебе. Я могу помочь.
- Я убил своих четыреста братьев и сестер! Если бы я мог убить его, я бы сделал это.
- А я не собираюсь убивать его, хотя могу. Я собираюсь дать тебе то, что заберет у него силу и отдаст тебе.