- Продолжим?
- Любимый трюк Зербагана.
Я подошла и перехватила его руку с кинжалом, направив ее себе в сердце.
- Только смотрите в глаза, монсеньор… Не отводите взгляда.
…
Я сидела на каталке, болтая ногами, а мое изрезанное и пропитанное кровью платье свисало с меня художественными лохмотьями. По всему полу были лужи крови, а на стенах и мебели брызги. Неплохие декорации к ужастику бы вышли. То, что кровь можно не пускать, я поняла уже позже. Да и то, с кровью мне понравилось больше – натуральнее смотрится. На мне уже испробовали все колющее, режущее, рубящее и прочее, что только можно было. Думаю, монсеньор отвел душу. Давно накипело.
- Ну а что, например, будет, если меня порубить на мелкие кусочки, сжечь, а прах развеять по ветру?! – неожиданно спросила я.
- Давай попробуем! – с энтузиазмом предложил он, призывая меч.
- Ну, уж неет! Я серьезно! Не надо! Я пошутила!
Я попятилась назад, Валериан с самым решительным видом пошел за мной. Следующие минут пятнадцать мы играли в импровизированные догонялки с препятствиями, с той лишь разницей, что водящий обычно не размахивает мечом. Я убегала, визжала и пряталась за мебелью, пока до меня, наконец, не дошла абсурдность происходящего. Я же сильнее раз в… даже не знаю, во сколько раз!
- Мне чисто теоретически интересно! Если мне отрубить конечность, или голову, что дальше? Она подлетит и обратно прирастет или новая вырастет?
Валериан остановился.
- Ни то и ни другое. Ты можешь не допустить отделение головы от тела. Телепортировать или сделать эфирным все свое тело или часть его. Можешь остановить сердца всех вокруг и тогда некому рубить будет. Но если в теории допустить, что это все же случилось, то суть в том, что твое тело функционирует не за счет работы сердца, перегоняющего кровь. Энергия миров распределена в нем равномерно и при отделении части, эта часть не умирает. И в целом ты будешь функционировать в обычном режиме, независимо от того, соединены ли части или нет. Так что ты просто переместишь нужную часть в нужное место и готово.
- В теории все гладко.
- На практике тоже, - он без предупреждения рубанул мечом по моей шее.
Я зажмурилась, но ничего не почувствовала. Лезвие прошло сквозь меня, не причинив вреда. Ух, ты! Прежде, чем я успела свыкнуться с мыслью, что мне только что безуспешно пытались отрубить голову, монсеньор вытянул в мою сторону свободную руку и я оказалась в столбе пламени. В этот раз не было уже даже и страшно. Я чувствовала сухой жар, но словно стояла рядом с огнем, а не внутри его.
- Это настоящий огонь? – спросила я из своего пылающего кокона.
- Не сомневайся, - он достал с полки листок бумаги и коснулся языка пламени.
Листок загорелся. Удовлетворенно кивнув, он потушил пламя и сказав, что на сегодня урок окончен, удалился. Оставшись одна я прошлась по залу. Подняла на руки как дитя, и аккуратно уложила свое родное тело на каталку. Потом глупо хихикнула и по-покойницки сложила ручки на груди. Валериан говорит - тело останется в таком неживом-немертвом виде после переселения. Надо будет гробик приобрести, где-то же оно должно храниться.
Побродив еще немного, я с помощью магии убрала всю кровь с себя и поверхностей. Потом я сделала себе новое платье – черное, бархатное в пол, с длинными расширяющимися книзу рукавами, глубоким декольте и воротником-стойкой, туго обхватывающим шею почти до самого подбородка. Я не знаю, откуда взялась в моей голове эта идея, но я поняла, что это платье будет моим «родным», как у Нариши. Следующие несколько часов я посвятила тому, что проделала все магические трюки, на которые у меня только хватило фантазии. Изменение материи, управление стихиями, левитация, телепортация, создание многоуровневых порталов в иные миры. Все получалось легко и просто, как в компьютерной игре. Я еще раз превратилась во всех существ, кровь которых текла во мне, кроме драконов (хотя очень хотелось). Превращаться в дракона лучше в незамкнутом пространстве. Мне не хотелось ни есть, ни пить, ни спать. Хотя я знала, что могу все это делать, но по желанию, а не по необходимости.
Когда к вечеру я уже перепробовала все, до чего смогла додуматься, до меня начало доходить, что смысл самопознания заключается не в том, чтобы перепробовать все умения и восхититься ими.
Я прыгнула назад, распластавшись в воздухе между полом и потолком. Лежа так, в состоянии невесомости, я думала о том, что мой мозг создал барьер между душой и телом. Он позволяет взять что-то, но не позволяет слиться воедино. У меня пока еще есть ощущение, что я «в гостях» и это не дает мне использовать мое новое тело на сто процентов.
Я открыла снова все виды зрения одновременно, я усилила слух, я чувствовала магию, души и энергии миров. Это было как во сне, иной вид бытия. Быть одновременно здесь и везде, видеть все и ничего, слышать дыхание миров, ощущать их пульсирующую энергию и тончайшую взаимосвязь судеб мироздания. Ощутить в себе жизнь всех существ одновременно, и свою душу, и сгусток энергии, огромный, противоестественный, перед которым трепетало все вокруг. Я ощущала и что-то еще, но не могла определить это. Я была создана, чтобы жить именно в этом состоянии. Если я смогу пребывать в нем, я смогу все.
Когда утром монсеньор вошел в тронный зал, его там ожидал совсем иной человек. Вернее, его ждал уже не человек в теле иного существа, а иное существо. Ставшее им и принявшее свое новое естество.
- Я вижу, ночь прошла продуктивно.
Не делая никаких движений, он метнул в меня шаровую молнию. Я погасила ее легким полетом мысли, даже не взглянув.
- Хорошо. Осталась заключительная тренировка, после которой уже можно полным ходом готовить твою коронацию. Итак, твое последнее задание. Наринэ! Входи!
В тронный зал вошла Нора. Едва она ступила на порог, я увидела и почувствовала, что она находится под заклятием. Магия опутывала ее со всех сторон, проникая в тело, тонкие нити заклятия опутывали ее сердце и сосуды. Это было черное заклятие. Смертельное. Бомба замедленного действия. Я взглянула на монсеньора, но он лишь пожал плечами и отошел в сторону. Я снова посмотрела на вампиршу.
Она тоже глядела на меня. Она видела меня впервые и теперь разглядывала с неподдельным интересом и даже некоторым страхом. Я подошла. Теперь мы были одного роста.
- Тебе не больно? – спросила я.
- Нет, но твой господин сказал, что это убьет меня, если ты не сможешь справиться или сделаешь что-то не так.
Магию, идущую прямо от источника, отразить мне было легче легкого, но это вызвало некоторое замешательство. Я вновь глянула на опутывающие Наришу, невидимые никому, кроме меня, нити. К Валериану они не тянулись, но я чувствовала на них отпечаток его ауры. Это было очень сложное, составленное из многих частей заклятие. Чем-то оно напоминало механизм бомбы, одно неверное движение - и все. Но разница была в том, что магия живая. Она не просто опутывает ее – она в ней живет. А раз живет, значит можно убить. Я собрала мощный поток энергии (было важно прихлопнуть ее одним ударом) и направила на нее. Магия выгорела дотла. Она даже не успела отреагировать и причинить Норе вред.
- Убивать осу гранатометом? – фыркнул монсеньор, - что ж, ты можешь себе такое позволить. Обычный маг едва ли смог бы позволить себе такой выброс, у него было бы два варианта – либо уничтожить наложившего заклятие, либо найти контр-заклинание. Но ты меня не разочаровала. И наконец-то использовала все возможности.
Нариша все еще была немного в шоке. Она потрясла головой и подошла ближе.
- Я привезла все, что ты просила для коронации, - она протянула мне кулон.
Валериан вопросительно вскинул брови. И я вкратце обрисовала ему свой план, по имитации ритуального жертвоприношения. План он одобрил, заметив только, что нужно будет имитировать с момента доставки в замок и что тело после «убиения» нужно будет сразу же убрать. Во-первых, чтобы не сожрали (оно мне дорого как память, я ж для него даже гробик покупать собралась), а во-вторых, чтобы не поняли, что оно не такое уж и мертвое.