В принципе, она не злилась на Бету за тот случай. Тем более, она - рабыня, она привыкла подчиняться, она не бунтует. Жизнь в Стае Грей принесла ей уверенность в себе, но Эмир всегда помнила: она везде пустое место. А то, что Кахир считается с ее мнением - это просто уникальый случай жить без боязни быть поколоченной.
Так почему же не отплатить добро добром? Пусть соитие и приносит девушке физический и душевный дискомфорт, но потерпеть полчасика - совсем не сложно. Раньше было хуже.
Оборотница помнила, как к ней приходил не один, а несколько оборотней. Вообще-то там они сношались по особым дням, но с появлением нового, еще более распущенного Альфы - сына прошлого - женщин разрешалось брать когда и где угодно.
А через три месяца после новопринятых правил Кулангу подмяла под себя другая Стая - Греи.
И в глубине души Эмир ликовала. Тут (ну хоть где-то!) ей можно говорить, не опускать глаза в пол и дышать без опаски. Ну и к принудительным ласкам любого количества мужчин никто не заставляет являться. Да и не принято тут такое...
- Кахир, - она вдруг улыбнулась и снова крепко обвила поясницу оборотня, - а мне уже не больно.
Бета напрягся. Сильно. И глубоко задышал.
Возбужденный, он никудышно себя контролировал, а своё тело - особенно.
- Не играй, - едва слышно прошептал оборотень. - И не дразни.
- Остановимся на часик? - словно не слыша его просьбы-приказы, беззаботно спросила Эмир. - Мышцы затекли, расслабиться надо...
Кахир глухо зарычал и дернулся. Оборотни впередни, хмурясь, спешились и, не отходя от лошадей, прудпредительно спросили хором:
- Всё нормально.
- Всё в норме, - отмахнулся от них Бета. - Едьте уже... Бэрр, тебя невеста ждёт. Барак, Грэди - вы должны следить за Солой.
Тот, что шатен - Грэди, поджал губы, но кивнул и максимально медленно залез на лошадь. Отъезжал он большой неохотой, но за ним сразу же скрылись из вида и Бэрр с Баракой.
Кахир тяжело дышал. От возбуждения. Слишком давно у него не было ласкового тела под ним, слишком давно он не был в объятиях женщины. Оборотни - они и есть оборотни, похоть для них не чужда. Кахир не относился к молодняку, у которых от глупой пошлой шуточки сносило крышу, и своё возбуждение он скрывал пусть и не так умело, но хорошо; но тут, в компании теплой девушки за спиной, уверенно прижимающей свои выпуклости к его лопаткам, у Беты окончательно потерялся самоконтроль.
- Я не против, - опустилась до шепота девушка. - И я верю, что ты сможешь себя контролировть, Ках.
Обращение выскользнуло из ее уст нечаянно. Она испуганно замерла, не зная реакции оборотня, а Кахир моментально "протрезвел". Вопреки всему, его не разозлило такое фамильярное обращение. В конце концов, девочка живет у него намного больше месяца, они делят один стол, кровать и спят под одной крышей.
- Я не хочу, - нахмурив лоб, ответил оборотень. - Не хочу сорваться и причинить тебе вред, Эмми. Не пойми неправильно, ты красивая и милая. Наивная, но добрая. И я даже не отношусь к тебе как к рабыне. И никогда так не относился - хотя пытался первые дни. Но я просто не хочу, чтобы ты страдала.
Эмир удивилась. Она не понимала ход мыслей, а то, что понимала - считала бредом полнейшим.
- Тебе ведь не нравится секс? - как-то грустно улыбнувшись, спросил Бета. - Знаю, что не нравится. Так зачем это делать?
Эмир вдруг стало в разы холоднее. Она обняла себя за плечи и негромко сказала:
- Но мне ведь не трудно, если тебе надо...
Лошадь молча тронулась вперед.
Глава двенадцатая
Беловолосый худенький мальчишка исподлобья смотрел на довольно высокого мужчину, который, не колеблясь, убил его одичавших и потерявших рассудок родственников.
Именно с той самой секунды, когда Альфы мальчонка не стало, юнец пообещал себе, что убьёт захватчика и тирана.
Захватчик и тиран его откровенно пугал. Длинный, как самые опасные горные камни, габаритный и будто бы источает зловещую ауру подчинения.
— Кахир, он нормальный, не дикий. Добить?
— Не надо.
Этим «не надо» страшный человек по имени Кахир предрешил всю судьбу юнца.
***
— Как тебя зовут?
Он молчал. Молчал не потому, что не хотел говорить с тираном-убийцей, а потому, что разучился. Как это, когда из горла выходит связная речь? Раньше же у него получалось, а теперь даже крикнуть что-либо не получается.
— Я буду звать тебя Карл.
По иронии судьбы, «Карла» в прошлом звали почти так же.