Он уже почти дошел до конца второй полной версии песни, когда ус с одной стороны его морды дрогнул. Приближалось что-то… или кто-то? Не прерывая песни, горбач повернулся. Прямо на него несся один-единственный дельфин-афалина. Полосатик посторонился, иначе странный дельфин мог бы врезаться ему в бок и повредить себе что-нибудь. Но тот притормозил и проплыл вдоль большого китового тела, бешено извиваясь и щелкая, как безумный. Кит много странствовал, но этих звуков не понял.
Что скрывать, Полосатик даже рад был прервать на время свою песнь, чтобы рассмотреть дельфина получше. Самец, один, без стаи, большой и сильный. И тут кит заметил страшные раны на его теле. И сразу стали понятны тревожные вибрации в голосе одинокого скитальца. Он явно пытался что-то сообщить, но кит ощущал только гневные интонации. И в этот момент дельфин рванулся вперед и протаранил его. Полосатик чуть не рассмеялся, но тут же сообразил, что дельфин в беде, и притом в большой. Им владел ужас. Кажется, он потерял рассудок.
А Гугл не мог простить себе ошибки. Пятно на сонаре, которое он преследовал, оказалось вовсе не Базой, а вот этим несуразным существом. Он никогда не видел таких. Оно притворилось Базой, обмануло его и заставило уйти так далеко от того места, где могла быть настоящая База, что теперь ему уже не вернуться туда. Гугла ошеломило это огромное существо, но сильнее он сокрушался из-за своей ошибки. Ведь он думал, что нашел Базу. Никогда раньше ему не приходилось всерьез нападать на кого-нибудь, такое всегда оказывалось либо игрой, либо испытанием, но теперь Гугла переполняли ярость и горе. Он хотел только укол, хотел, чтобы его мучения кончились. Он кричал, как будто кит мог помочь ему. «Работа!» Он выкрикивал это заклинание так, словно оно могло превратить незнакомый океан в привычный, в тот, который он знал. Удар в китовый бок отнял у него последние силы, сердце билось в сумасшедшем предсмертном ритме. Дыхало открылось, вода хлынула внутрь, и Гугл начал тонуть. Он смутно чувствовал, что его поднимали. Оказавшись на поверхности, он отчаянно кашлял и задыхался, бессознательно опираясь на огромный плавник Полосатика, осторожно его поддерживавший. Сил шевелиться не осталось. На миг ему показалось, что он оказался в надежных постромках у себя на Базе. Наверное, он выполнил миссию. Теперь можно отдохнуть…
Полосатик думал, что делать дальше. Он держал Гугла на поверхности, достаточно высоко, чтобы тот свободно дышал, но так, чтобы его обожженное тело оставалось в воде. Дельфин снова и снова выкрикивал один и тот же звук, и его страдания напомнили горбачу о том, как кричали маленькие китята, думая, что потерялись. А потом приходила мать, пела им негромкую колыбельную, и они быстро успокаивались. Кит решил сделать так же. Он вспомнил песню, которую пела ему мать, содрогнулся от утраченной навсегда любви и запел. Через некоторое время маленький дельфин перестал дергаться возле его плавника. Полосатик было подумал, что песня его успокоила, но тут дельфина начали бить конвульсии. Гигант прислушался и понял, что того мучают усталость, боль и голод. Сначала ему нужен сон, без отдыха он умрет, но было что-то еще. Горбач настроился поточнее, чтобы почувствовать мозговые волны маленького сородича. То, что он понял, поразило его. Невозможно было представить то, что мучило это существо. Казалось, дельфин боролся с собственным разумом, и, несмотря на то что животное было маленьким, киту стало больно удерживать контакт, объединивший их сознания. Можно было бы попробовать еще одну вещь… Она либо убьет страдальца, либо вылечит. Кит оставил колыбельную, убедился, что дельфин в безопасности, а затем из самой глубины своего существа выдал определенным образом модулированный вой. Он был долгим и медленным, как волны, плывущие от одного дальнего берега через океан к какой-то далекой цели. Долгая пауза… и он снова взвыл.