– Они идут, они идут, – немелодично пел он. Кажется, происходящее доставляло ему истинное удовольствие. – Они идут!
Деви ничего не видела, но знала, что Чит иногда слышит то, чего не слышат другие. Она запустила свой гидролокатор и поначалу ничего не увидела… Демоны далеко… О! Деви изумленно свистнула. А ведь Чит прав. Издалека, с океанских просторов, приближалась небольшая группа дельфинов. Теперь и она их слышала. Они шли прямо к домашней воде и пели:
– Турси-опс! Турси-опс!
К этому времени все жены гарема собрались за спиной Деви. Каждая понимала, что благополучие госпожи прямо связано с их собственным.
– ОНИ ИДУТ! – Чит радостно жужжал снова и снова, не заботясь о том, кто его слышит. Он выплыл за пределы лагуны, и Первый гарем последовал за ним. Теперь его слышали многие. Дельфины тут и там запускали свои гидролокаторы, пытаясь понять, кто идет в лагуну.
Трое своих и кто-то чужой. Судя по размерам, самка.
22
Подарок
По мере того как уменьшалась боль от акустических ударов демонов, росло возбуждение Эа. Даже будучи пленницей, она помнила о прежних легендарных родных водах Лонги. И скоро они окажутся там. Лишь бы покинуть эту грязную воду со зловещими скальными пиками и пышущим со дна жаром. Эти негодяи избили и изнасиловали ее, но она выжила. Она сильная, она самка Лонги, она выждет, а потом… Нет, не сейчас. Она отбросила эту мысль, чтобы прилипало не услышал. Тот молчал уже некоторое время, и это было такое облегчение!
Но, похоже, эти глупые звери ошиблись и приплыли не туда. О прежних водах Лонги говорили, что там чисто, там поразительно красивый и разнообразный риф. С детства Эа рассказывали, что расти в его бухточках значило учиться не только у семьи Лонги, но и у всех тамошних обитателей. Она знала, что некоторые виды живых существ обитали там испокон веку, опираясь на опыт самых разных цивилизаций, чтобы сделать это единственное место своим домом. Жизнь там была наполнена мудростью, красотой и гармонией.
Но эта лагуна совсем не похожа на рассказы. Здесь грязная вода, плавает какой-то мусор, о котором даже нельзя сказать, чем он был раньше, а главное, здесь ужасно шумно. Сейчас шум перекрывали вопли ее похитителей: «Турси-опс! Турси-опс!» – летевшие впереди них. Уже слышались ответные крики бесчисленных голосов: «Турси-опс!» – и трое злодеев радостно свистели своим. Они гнали Эа прямо в средоточие этого шума.
Стойбище афалин гремело. Щелканье, свист, жужжание и постоянный скрежет в воде. У Эа воспалились глаза. Сил на то, чтобы испугаться, почти не осталось, но толпа ее поразила. Ее окружили огромные афалины, блестяще-серые, и все вдвое больше любого из Лонги. Из дыхал летели брызги, они выглядели очень возбужденными и страшно энергичными.
Стая бурлила. Еще бы: молодых преступников-самцов сослали под страхом смерти, но они выжили и вернулись. К этому времени Эа уже кое-как понимала местный диалект.
Три из четверых, а с ними кто?
Самка!
Кто самка? Где самка? Сколько их?
Это не наша! Самка Лонги!
А-А! СПИРАЛЬКА!
Толпа разразилась щелчками. Об океанских демонах моментально забыли, все норовили протиснуться поближе, посмотреть на неожиданную пришелицу. Новости согнали афалин с ревниво охраняемых спальных мест. Они прыгали и толкались; всем хотелось увидеть изгнанников, да еще с таким трофеем, – ведь все Лонги погибли, когда бежали от афалин, несущих здравый смысл и порядок. Она что, и правда красивая? Она ведьма? Надо же, какие героические у нас парни…
Об изгнании все забыли. Самцы, само собой, и не помнили уже, кого и за что изгнали. Самки помнили – они обычно не прощали обид. Но сейчас не время поминать давние разборки… Все заняты, всем любопытно, все хотят посмотреть на живую Лонги.