Женщина подняла бровь и посмотрела на собеседника с преувеличенным вниманием:
— Ты всерьез считаешь, что крут настолько, чтобы задевать мастеров? Не боишься нарваться? Куда более солидные воины стараются выбирать выражения, общаясь друг с другом.
— Я ничего такого… — с вызовом начал Рыбак, но Леди его перебила:
— Да ну? Святоша на память и слух никогда не жаловался. Вот, например, отличный перл про «обжиматься по углам». А, еще там было про то, что я предпочитаю общество шлюх.
Молодой наемник напрягся, понимая, что пути теперь два: либо спасовать и отступиться, либо идти до конца. Оставлять в покое вампира он не был намерен, что автоматически исключало первый вариант.
— Разве я в чем-то солгал?
Леди поднялась на ноги так быстро, что ее силуэт едва различимо мелькнул в воздухе. Рыбак вскинул руку в защитном блоке, но женщина обхватила пальцами его запястье, поддела ступней голень и рывком шагнула в сторону, разворачивая противника спиной к себе. Она была ниже его на полголовы, стройная и легкая, но двигалась так энергично и стремительно, что инерция увлекала за собой, захватывая и подчиняя. Рыбак сосредоточился, попытался переступить, меняя стойку, и остановить вращение тела. Кулак Леди вписался под ребра, обрывая дыхание, а ее нога вновь сбила шаги, заставив запутаться в собственных кроссовках и практически упасть на дверцу машины. Парень едва не стукнулся разбитым недавно носом, но наемница неожиданно придержала его, не дав встретиться с металлом лицом. Ее не по-женски сильные пальцы стиснули запястье, фиксируя захват и лишая возможности двигаться.
— Слушай меня внимательно, коллега. Прежде, чем тявкать, надо отрастить себе мозг и начать соображать, как и с кем следует разговаривать. Вин сегодня неплохо с тобой потанцевал, поэтому я зверствовать не буду, — тон Леди звучал до противного удовлетворенно. — У меня с твоим мастером лет десять назад был конфликт по поводу одного заказа. С тех пор он старается со мной не пересекаться. Передай от меня горячий привет Саламандре. Узнаешь, почему тебе тоже следует избегать тесного общения со мной и моими друзьями.
— Я уже давно не щенок, если ты помнишь, Леди, — раздраженно выговорил Рыбак.
— Два месяца? Три? — вкрадчиво шепнула наемница, прижимаясь к нему теснее и нажимая на запястье, отозвавшееся вспышкой боли. — Да хоть год. Я не слишком симпатизирую Саламандре, но он нормальный мужик. И он учил тебя. Долго. Тратил силы. А теперь ты решил подорвать его репутацию. Уверена, мастер найдет, что тебе сказать. А я, при встрече, обязательно поинтересуюсь, дошел ли до него мой привет. И, да, еще одно. Я тебе не разрешала со мной на «ты» переходить. Бывай, наемник.
Леди разжала пальцы, отступила и, подхватив с капота рубашку, направилась к зданию бара.
Глава 11. О священниках и монахинях.
Запрос мой Фил отработал до неприличия быстро. Не прошло и суток, как ответ был готов. В конце письма значилось небрежное «проверили трижды», демонстрируя, что информатор тоже не жаловался на память, и о допущенной им когда-то недоработке, едва не приведшей к моей гибели на кладбище, не забывает. Храм пострадал в период Первой волны вампиров. Все, кто находились внутри во время нападения, были убиты. Нашедшие тела очевидцы отмечали, что трупы довольно сильно истерзаны. Не были обнаружены лишь останки двух человек. Бесследно пропали отец Доминик, настоятель, руководивший храмом, и сестра Марта, возглавлявшая группу монахинь, живших при церкви и избравших своей миссией помощь людям из близлежащих деревень и городков. С тех пор место это заслужило славу нечистого. Несколько попыток восстановить деятельность храма бесславно провалились: внутри обнаружилось гнездо вампиров, с которым не удалось справиться ни армии, ни охотникам. Людей тогда не хватало, а зубастые, оккупировавшие церковь, старательно избегали любых столкновений. Они исчезали, прячась в лесах, а после вновь появлялись, жестоко истребляя добровольцев, пытавшихся вернуть здание в лоно церкви. Попытки выкурить тварей прекратились, и храм так и остался заброшенным на много лет.
Спустя немногим более полувека, местные стали сообщать о том, что в храме видят призраков монахинь и священника, которые продолжают вести службы. В то же время в окрестных деревушках стали пропадать люди. Некоторые тела потом обнаружились в укромных оврагах, и причина их смерти не оставляла пространства для воображения: раны от клыков и отсутствие крови. Сообщения привлекли внимание коллег Агаты, и в те места направили группу, для выяснения обстоятельств.