— Все, теперь ты вновь свободен, — удовлетворенно кивнула я.
— У тебя столько проблем из-за меня, — виновато произнес Ирвин. — Мне немного неловко.
— Что же, теперь держать тебя взаперти постоянно? — резонно спросила я. — Надо сделать дом удобным обоим.
Вин смутился, но благодарно кивнул, явно обрадованный открывающимися перспективами.
— В общем, отрывайся с Санькой, как и прежде. Машина твоя в порядке, пользуйся. Ключи в шкафчике у входа, как обычно, — будничным тоном прокомментировала я. — Полагаю, напоминать тебе об осторожности будет излишним. Собственно, свобода начинается прямо с сегодняшнего вечера: я поеду отчитываться за наш заказ.
— Одна? — нахмурившись, уточнил Ирвин.
— Да, — строго отрезала я. — После твоих художеств во время предварительных переговоров, я не хочу рисковать, вновь сталкивая тебя с Драгошем.
Ученик отвел глаза и помрачнел. Не глядя на меня, спросил:
— Но ведь ты поедешь в «Тыкву»?..
— Нет, — я, наконец, закончила с уборкой в кабинете, разложив все по местам, и остановилась у двери, — Видимо, у нашего заказчика остались не самые приятные впечатления о том разговоре: он выбрал для встречи другое место. Я еду к семи вечера. Думаю, несколько часов встреча займет. Поэтому можешь быть абсолютно свободен. Мне, единственное, хотелось бы знать, куда вы поедете. Не воспринимай, как навязчивый контроль: время неспокойное.
— Адрес, по которому поедешь сама, оставишь? — резко спросил Ирвин.
— Разумеется, — спокойно подтвердила я. — Мраку.
Место, где была назначена встреча с Драгошем, находилось в самом центре города, в исторической части. Минут за пятьдесят до выезда я, повинуясь внезапно проснувшейся интуиции, заглянула в сеть, чтобы посмотреть, куда вообще еду, и чертыхнулась. Я была приглашена в ресторан. Заведение оказалось не из дешевых. Сумма среднего чека меня волновала мало: я зарабатывала достаточно, чтобы позволить себе не переживать из-за таких мелочей. Расстроило меня иное обстоятельство: в ресторане действовал дресс-код. Мысленно обругав Драгоша, выбравшего зачем-то эту не в меру пафосную забегаловку, я поднялась наверх, чтобы подобрать что-то соответствующее требованиям, с сожалением отказавшись от джинсов и рубашки, в которые уже успела одеться. Мой выбор упал на темно-синее коктейльное платье. Мне никогда не была присуща страсть к красивым вещам, но обстоятельства в жизни случались разные, поэтому гардероб мой включал не только повседневную и рабочую одежду. Данное платье отвечало моим пожеланиям на этот вечер: вписываясь в правила дресс-кода, оно, тем не менее, было достаточно закрытым, чуть ниже колена, с длинными рукавами и вполне скромным вырезом. Я догадывалась, что выбор Драгоша был не случаен, и желала визуально подчеркнуть деловой настрой. Наскоро заколов волосы в нарочито небрежный пучок, я быстро нанесла легкий макияж, подхватила сумочку и туфли, и, сунув ноги в удобные кроссовки, спустилась вниз.
Ирвин стоял в гостиной, разговаривая по телефону, судя по всему, с Санькой. Улыбаясь и ероша свободной рукой распущенные волосы, ученик повернулся и наткнулся на меня взглядом. Я приветливо помахала ему и направилась к выходу, спиной ощущая, как сползает с его лица улыбка.
Ресторан вольготно расположился в отдельно стоящем двухэтажном здании, замершем на набережной у Сонного озера, со стороны, противоположной парку. Первый этаж здания, выполненного в светлом камне, украшали огромные окна, отражающие неспешную рябь на серебристо-синем полотне водоема. Зеркальное стекло не позволяло взгляду проникнуть внутрь, оберегая покой посетителей. Фасад здания оплетали длинные ветви плюща, удивительно зеленого на фоне изрядно выгоревшей к концу июля городской растительности. Разместив машину на стоянке, я переобулась в туфли и отправилась внутрь, ловя себя на внезапно нахлынувшем волнении. Едва я назвала имя Драгоша, как вежливая и предупредительная официантка проводила меня в самую дальнюю часть зала. Там, в укромном закутке, отгороженном тонкой перегородкой, увитой живыми цветами, спрятался от любопытных глаз круглый стол, застланный идеально выглаженной скатертью светло-оливкового цвета. В центре, в подсвечнике из зеленого бутылочного стекла, дрожал огонек небольшой свечи, играя отсветами на стенках бокалов. Воздух насыщал аромат цветов. Негромкая лиричная музыка переливалась голосами флейты и скрипки. Драгош, одетый в светлую рубашку и темно-синие брюки, поднялся, чтобы поприветствовать меня. Я усмехнулась, думая, как мы, не сговариваясь, попали в тон.