— Черт, так и не посмотрел, что значит этот символ, — расстроенным голосом сказал Санька.
— Какой?
— Солнце. Скорее всего, конечно, для образа, но вдруг там какое-нибудь тайное общество? — усмехнулся его друг, и Ирвин зло рассмеялся, оценивая сарказм:
— По истреблению надоедливых вампиров, ага.
— Поехали отсюда, — решительно сказал Саня и поднялся из-за стола. — Атмосфера окончательно перестала быть приятной. Только сигарет куплю, а то у меня кончаются.
— Поехали, — кивнул Вин, вставая вслед за другом. — А куда?
Друзья подошли к стойке и привлекли внимание бармена.
— В одно хорошее заведение, у Сонного озера, — ответил Саня, расплачиваясь. — Очень колоритное местечко. «На бегу» называется. Там приятно и спокойно. Заодно покажу тебе ту часть центра города, если ты еще не видел.
— Наверняка не все, — с улыбкой кивнул Ирвин, и щенки покинули заведение, находиться в котором теперь не видели ни смысла, ни удовольствия.
Они проехались по центру, наслаждаясь видами летнего Грожена. Методом подбрасывания монетки решено было воспользоваться машиной Ирвина, оставив Санькин автомобиль на стоянке у «Тыквы». Вин сидел за рулем, но друг изображал из себя неутомимого штурмана, постоянно указывая, куда сворачивать. Таким образом, вместо стремительной поездки по проспекту, они петляли проулками и дворами, изучая потаенные местечки города. Дампир с удовольствием погружался в атмосферу Грожена, узнавая его с совершенно иной стороны: не парадной, а домашней и спокойной. Подъезды многоквартирных домов, укутанные в пышные заросли вьюна, манили войти внутрь, окунуться в быт простых горожан. Детские площадки, полные хохочущих ребятишек, наслаждавшихся солнечным летним деньком, оглушали звонким многоголосьем. Ветер трепал выглянувшие за пределы распахнутых настежь окон шторы, будто выбившиеся из прически пряди. Дворики, вымощенные камнем, переливались в ярком дневном свете. На лавках, спрятавшихся от зноя под сенью деревьев, укрылись старики, лениво обмахивавшиеся газетами и обсуждавшие последние новости. Ближе к озеру начинался район исторической застройки, с преобладанием частных домов, и по обе стороны улицы потянулись ажурные беленые заборы, из-за которых кокетливо выглядывали кудрявые кроны садов. Двор выводил в проулок, проулок вливался в улицу, та плавно переходила в бульвар, а бульвар растворялся в зелени набережной. Ирвин старательно запоминал сложный маршрут, понимая, что информация вполне может пригодиться позднее. Наконец, они подъехали к стоянке перед входом в парк.
— Здесь машину нужно оставить, — пояснил Саня. — Дальше прогуляемся. Метров сто по аллее, и мы с тобой у цели. В принципе, к кафе можно и подъехать, с другой стороны парка, но мне больше нравится ходить пешком. Увидишь.
После такого многообещающего вступления, Ирвин вполне благосклонно оценил неспешную прогулку по усеянной мелким гравием дорожке, затерявшейся в тени густой аллеи. Деревья сплетали над учениками свои кроны, где-то в глубине парка пели птицы, и день казался столь прекрасным, что дампир даже перестал возвращаться мыслями к Леди, уехавшей сегодня по своим делам. К Драгошу — это было понятно и без ее пояснений. Вин искренне старался не ревновать, но справиться с собой не удавалось, едва он видел лучистую улыбку, озарявшую ее лицо, когда она читала очередное сообщение или видела на дисплее определившийся номер. Наставница была счастлива, и данное обстоятельство ранило дампира куда больше, чем мысли о том, как именно наемница проводит время с их бывшим заказчиком. С таких свиданий мастер приезжала расслабленная и тихая, излучающая удовольствие и негу. Вин старался уйти к себе, чтобы не встречаться с ней взглядами, не видеть отголоска наслаждения в мутных зеленых глазах. Поначалу он рассчитывал, что женщина удовлетворится одной ночью, как и с остальными своими любовниками. Но роман явно набирал обороты, и Ирвин уже отчаялся найти способ отвлечься от мыслей, исполненных печали, злости и ревности.
«На бегу», действительно, оказалось говорящим названием. Определяющим качеством обстановки была легкость: высокие круглые столики, за которыми было удобно как стоять, так и сидеть на барных стульях, буквально парили в воздухе, невесомо удерживаясь на тонких металлических ножках. В интерьере кафе было много зелени, и, казалось, посетители по-прежнему находились в парке. Кухня так же не предлагала вниманию особо тяжелых и сытных блюд. Ирвина удивило полное отсутствие алкоголя, но, видимо, заведение покоряло клиентов не этим: в арсенале карты напитков значилось огромное количество чая, от классического до каких-то невероятных рецептов.