— Не знаю. Я даже не подумал о такой возможности. Знаешь, репутация и все такое. Я же, с их точки зрения, мерзкий двуличный вампир. Симпатии сообщества вряд ли будут на моей стороне…
— Да в гробу я видала симпатии сообщества! — я поднялась со своего места и отвернулась, подходя к окну и скрещивая руки на груди. Ярость поднималась вновь. Только на этот раз ее разящее острие было нацелено не на Ирвина, а на меня саму. Как я могла упустить такой важный аспект обучения? — Они тебя на поражение атаковали. Ты мог убить. Не следовало проявлять милосердие. Даже не ранил толком.
— Я распорол бедро одному из них и сломал правую руку Рыбаку, — возразил мне ученик.
— Кстати, как сломал? — заинтересовался Мрак.
Вин молча указал ребром ладони на первую треть лучевой кости.
— Ай, молодец! — наемник, впервые за весь вечер, довольно улыбнулся и бросил мне. — Разборки с Рыбаком откладываются, Леди. Твой ученик месяца на три выключил его из общественной жизни.
Я тяжело вздохнула и обернулась к мужчинам, встретив настороженный взгляд Ирвина. Он жадно ловил мою реакцию. Игнорировать было нельзя.
— Я на себя злюсь, Вин, — пояснила я свою ярость. — Я должна была объяснить тебе не только правила взаимодействия в «Тыкве». Если честно, не ожидала, что в серьезные стычки вы вляпаетесь так быстро.
— Я боюсь, у меня нет шансов на спокойную адаптацию, — ответил мне ученик. — Я и рад бы потихоньку присматриваться к окружению, но уже сейчас понимаю, что нужно действовать. Есть люди, принимающие меня вполне спокойно. Есть даже те, у кого я вызываю симпатию. Но большинство смотрит косо. Я — вампир, в их глазах, и, боюсь, априори не могу быть хорошим парнем.
Я задумчиво кивнула и, опомнившись, спросила:
— Ты есть хочешь?
— Нет, мастер, — покачал головой Вин.
— Тогда иди к себе. Нам с Мраком поговорить надо. Я не стану опускать барьер на твою комнату или отключать сканер на внешней двери. Я доверяюсь твоему благоразумию. Ситуацию мы обсудим после, но, резюмируя кратко, Мрак прав: ты молодец.
Дампир слабо улыбнулся, и, кивнув нам, скрылся из виду.
— Прессуешь? — тихо поинтересовался Мрак, когда наверху едва слышно стукнула дверь спальни.
Я устало потерла виски и вновь села за стол.
— Черт, выпить бы… Но не сейчас. Да, брат, расставляю точки. Ирвин не только не посчитал необходимым оповестить меня о произошедшем нападении, он также не стал сообщать о том, куда они направляются, покинув «Тыкву». И не в первый раз. Случись беда, я даже не знала бы, где его искать. А, знаешь, почему?
— Знаю, — кивнул наемник. — Бесится из-за твоего романа. У него на лице все чувства написаны.
— Ага, — подтвердила я и поднялась, намереваясь вскипятить чайник. — Я все могу понять. Перепугался, разволновался, не сориентировался, не подумал, забыл… Но вот мелкие вредности простить не могу. А по морде я ему засветила из-за того, что он попытался воспротивиться домашнему аресту. Видите ли, хочет сам разобраться с обидчиком.
— Характер проявляет, — согласился мужчина. — Хочет впечатлить нравящуюся ему женщину.
— Мрак! — я возмущенно повернулась к брату, отвлекаясь от своего занятия.
— Что? — серьезно спросил наемник. — Я его не оправдываю, но понимаю. По-мужски понимаю. Ирвин знает, как ты ценишь волю, внутренний стержень. Он пытается быть сильным.
— Сила и своеволие — не одно и то же, — возразила я. — Можно подчиняться, оставаясь сильным. У него это неплохо получалось, в последнее время.
— Согласен. Но раньше у тебя не было Драгоша. Ирвин еще не сталкивался с ситуацией наличия постоянного соперника. Все мы когда-то учились. И Вин научится. Просто не сразу. А ты чего с чаем-то суетишься? Бросай все, поехали в «Тыкву»: время к девяти уже, народ как раз подтягивается, — наемник поднялся, демонстрируя готовность отправляться.
— Ты же не хотел? — удивленно отозвалась я, послушно выключая чайник.
— Я не вижу смысла в разговорах с Саламандрой. А вот к мастеру Глобуса у меня есть пара очень серьезных вопросов.
Я быстро собралась, предупредила Вина и отправилась с братом в бар. Нас постигла неудача, что, в целом, неудивительно: сомневаюсь, что всем мастерам достались такие же скрытные и своевольные ученики, как мне… Наверняка у обоих наемников сегодня возникли совершенно неотложные дела дома.
Я предложила обратиться к связному, и брат идею поддержал, но тоном, не терпящим возражений, сообщил, что сделает все сам. Я, поначалу, пришла в раздражение, не понимая, почему мои товарищи так активно стали отодвигать меня в сторону, когда дело касалось разборок. Но потом осознала и успокоилась: понимая, как неровно дышит сообщество наемников к Ирвину, друзья попросту старались избавить меня от лишних проблем. К тому же, Глобус был виновен непосредственно в ранении Саньки, поэтому участие Мрака стало вполне логичным. Да, брат все правильно разложил по полочкам. Рыбак уже был вполне свободным бойцом. Пусть пока слабее нас, с любой точки зрения, он, фактически, являлся нашим коллегой. И вопросы, касающиеся его поступков, следовало решать с ним напрямую. Совершенно иной коленкор возникал с Глобусом: он, на данный момент, продолжал ученичество, и за все его поступки отвечал мастер. Ситуация могла сложиться лишь двумя способами: либо Дозорный, обучающий провинившегося, не был в курсе художеств своего щенка, и тогда Мраку требовалось просветить наемника и решить вопрос о наказании и компенсации, либо учитель, все же, был оповещен… В таком случае, расклад приобретал иной характер, и разборки выходили уже на уровень мастеров.