-Папа, что ты такое говоришь? - сдавленно прошептала дочь, не доверяя своему голосу. - Как такое возможно?
- Дедушка, ты серьёзно? - очнулся от шока Алаз, вскочив со своего места.
- Сядь на место, я все расскажу. Послушайте.
Подождав, когда внук дойдёт до своей сестры и втиснется в ограниченное пространство, чтобы обнять сестру за плечи, он продолжил:
-На днях Неслихан заказала озеленение в доме, вы помните? Там был парень, может вы обратили на него внимание. - встав со своего места, Эшреф пошёл в сторону стола, коря себя за забывчивость. Взяв со стола пухлый конверт, он вернулся на свое место, сопровождаемый сдавленными всхлипами. Достав из конверта распечатанные фотографии, он передал их семье.
Их было несколько. Пара снимков с камеры наблюдения, а остальные были сдДжесуры уже людьми Бекира. Четыре пары глаз рассматривали яркие изображения. Алаз и Чагла, которая чуть пришла в себя, почти столкнулись лбами, жадно вглядываясь в черты брата. Руки у Неслихан тряслись так сильно, что пришлось положить фотографию на колени. Серхан с момента новости о сыне словно ни разу не моргнул. Держа в холодных пальцах две фотографии, он смотрел на них застывшим взглядом, не понимая на что смотрит.
-Папа, папа, не молчи! - в голосе дочери проскользнули нотки надвигающейся истерики. - Откуда ты узнал? Он сказал?
- Я подслушал его разговор с друзьями. - пытаясь сохранять спокойствие в голосе, продолжил Эшреф, стараясь не замечать грохота своего сердца в ушах и потных ладоней. - Видят Боги, я не специально. Они несли что-то большое, остановились передохнуть, заметили на фотографии Алиа. Они же так и висят.
- И ты поверил? - вскинулся Алаз. - Про нас писали все газеты! Может они узнали и решили обмануть? - Чагла, сидя рядом с братом, кивала на каждое его слово. У них часто такое бывает, что кто-то один говорит за обоих.
- Нет нет. Ничего такого. - дедушка успокоительно поднял ладонь. - Они узнали его. Его друзья узнали его маленького. По его свитеру с зайцем.
Алаз без сил обвалился в кресле. На этот раз Чагла его обняла сама. Неслихан обхватила голову руками, словно останавливая убегающие мысли. Серхан так и продолжал смотреть на фотографию и, казалось, так и не моргнул.
-Я не поверил, конечно же. Я столько живу на свете, что повидал очень многое. Но я не мог оставить это просто так. Я все проверил. Внутри конверта тест ДНК из двух разных лабораторий. На вас обоих. - Эшреф внимательно посмотрел на зятя, так ни разу и не шевельнувшегося. - Все точно. Это наш Али. Он сам нашёл дорогу к нам.
В кабинете повисла тишина. Новость практически осязаемым облаком опустилась на плечи всех присутствующих. Эшреф Паша, заметив состояние Серхана, пересел к нему, обняв за спину. Второй рукой он взял ладонь своей дочери.
-Я знаю как это тяжело. Я понимаю что сейчас с вами творится. Все это я пережил несколькими днями ранее. Соберитесь. Сейчас вы нужны всем нам. - голос дедушки обволакивал и успокаивал, проникая в разум. - Серхан, сынок, ты меня слышишь?
- Как? - спросил он наконец, подняв глаза на тестя.
-Что "как"?
- Как я посмотрю своему сыну в глаза? - тихий голос был пронизан болью. - Помнит ли он, что его отец виноват во всех бедах? Что отец, когда нужно было следить за сыном в городском парке, отвлёкся на телефон? Он спросит меня: "Папа, а кто тебе звонил? Кто был важнее меня?"
Серхан зарыдал, уронив лицо в ладони. Фотографии плавно скользнули на пол. Чувство вины, так долго копившееся, трепетно взращевоемое долгими годами, прорвалось наружу, показывая неприглядное нутро. Сквозь рыдания он пытался что-то говорить, покачиваясь из стороны в сторону, а что-то разобрать было невозможно. Дети вскочили и подбежали к отцу. Чагла изящно опустилась у его ног, бормоча успокоительные слова, и пыталась поймать его руки, чтобы отделить их от лица. Алаз присел на подголовник и крепко его обнял, периодически целуя его голову. Эшреф, лицо которого тоже давно было в слезах, уткнулся головой в его плечо, успокаивающе поглаживая спину.
Вдруг сзади, сгорбленную под тяжестью новости, спину обняли прохладные женские руки, вынуждая тестя и сына отстраниться.
-Серхан, дорогой. - Ласково сказала Неслихан, прижимаясь к нему волосами цвета пшеницы. - Это наш сын. Мы найдём что ему ответить. Нам нужно быть сильными, слышишь? И тебе, и мне. Мы родители этого мальчика и мы должны быть готовы ко всему. Если он будет считать нас виновными - ладно. Пусть он сам назначит нам наказание. Не наказывай себя сверх того, что уже было. Мы заслужим его прощения, хорошо?