Аси только открыла рот, чтобы сказать, что у них тоже ничего нет, что у них еще и брата забрали, но потом вспомнила, как туда надо идти фиг знает сколько времени, мыть бесконечную череду грязной посуды, вспомнила местных шлюх, что обсуждали самые противные моменты своей профессии на кухне, вспомнила, что опять придется отмывать блевотину с пола и Бог знает что еще. На спину навалилась тоска, а в груди зрело стойкое чувство “НЕ ХОЧУ”. Не сегодня, не сейчас. Она имеет право дать себе слабость. Если не сейчас, когда они потеряли Ямана, то когда же еще?
-Забирай. - шмыгнув носом, ответила девушка. - И сегодня, и завтра! - подумав, твердо добавила, вызвав удивленный взгляд покрасневших глаз брата. - И послезавтра!
-Ой, спасибо! - искренне удивилась Башак, явно ожидавшая другой ответ. - Ой, здоровья тебе! Как же ты выручишь, ты не представляешь. А я яблочек тебе принесу, вкусных. Сын на сбор урожая ездил, привез. Ты представляешь, и моего лопуха позвали, сын посоветовал, а он забухал! Как теперь сыну в глаза смотреть? Бригада то не полная! Где человека взять?
-А что там такое? - внезапно заинтересовался Джесур. Он знал, что сбор урожая - неплохая подработка. На деньги не кидают, да и сумма вполне приличная. Только проблема в том, что туда зовут только “своих” и попасть в это число непросто. А вот если поехать вместо Кудрета, который “заболел”, то перспективы открываются отличные.
-Сбор винограда на четыре дня, - не став ходить вокруг да около, ответила женщина. - Сама бы вместо этого охламона поехала, но нельзя. Спина ни к черту, а ящики грузить придется. А что? Ты хочешь поехать?
Башак не хуже друзей зналща, что это очень хорошая работа, и что они и правда будут благодарны. Это вполне компенсирует три смены, которые подарила ей Аси. А сын для отца еще что-то придумает. В итоге они договорились. Аси отдала три смены взамен на отличный шанс дальнейшей работы. Закрыв за Башак дверь, девушка снова пошла к дивану, легла, отвернувшись к стене, и свернулась клубочком, накрывшись пледиком. Джесур прилег сзади, обнял и крепко прижался, стараясь забрать ее боль и поделиться своей.
-Как ты? - тихо спросил он. - В порядке?
- Нет. - после паузы ответила девушка, обнимая закинутую на неё руку. - А ты?
- Тоже нет.
- Как думаешь, брат ещё приедет? - задумчиво спросила она, выводя пальцем узоры на плотной ткани.
Он даже фыркнул от такого ответа:
-Поверь мне! Принесется прямо завтра! А если нет, сами пойдём!
Аси даже села, горящими глазами всматриваясь в брата:
-Обещаешь? Пойдём?
-Ясен пень! Прямо перед моим отъездом и поедем! С самого утра. - постановил парень, широко растянув губы в улыбке.
-Джесур, - закусив губу, словно не была уверена в том, что хочет сказать, Аси замялась, но все-таки продолжила. - А может не поедешь?
-Почему? - не понял он. - Это отличная возможность! Ты же сама знаешь.
-Да, ты прав. Забудь.
Через силу улыбнувшись, она легла обратно к брату, на этот раз повернувшись к нему.
***
Когда Яман вышел из комнаты, его встретил тёмный и тихий особняк. Наемная прислуга разъехалась, а постоянная разошлась по своим комнатам. Яман подумал, что все уже спят, поэтому тихо закрыл свою дверь и аккуратно пошёл к выходу. Он не мог знать, что еще никто не спит, а просто занимается своими делами. Алаз играл на электрогитаре, подключив её к большим наушникам. Чагла занималась йогой перед сном, думая сколько нужно время, чтобы перестать чувствовать себя глупо, изгибаясь под странным углом. Серхан с Неслихан читали книги, каждый свою, периодически показывая друг другу какие-то отрывки или комментируя прочитанное. Эшреф вообще с момента ужина сидел в кабинете, изучал отчет и курил одну сигарету за другой, как раньше. Словно и не было долгого перерыва в этой паршивой привычке.
Уже на пороге Ямана остановило громкое урчание в животе. Они все приучились игнорировать голод, вот он и не замечал его весь день. А сейчас вспомнил, что и он, и его семья голодны. Вспомнив сегодняшнюю экскурсию, он легко нашёл кухню, надеясь, что там кто-то есть. Увы, там горела только подсветка под стильной современной кухней, которая показалась Яману словно с другой планеты, и гудели холодильники. Открыв один из них, он уставился на полные полки контейнеров с заготовками. Что из этого можно брать и можно ли вообще он понятия не имел. Решив не рисковать, он прошёл к комнате сбоку, которая вела в кладовую.
Кладовая поражала размерами. Немного прохладное помещение, сплошь заставленное деревянными стеллажами, где хранились какие-то кульки, коробки, пакеты, брикеты и упаковки с яркими этикетками. Глаза разбежались, он даже не понял, что из этого съедобно, а что нет. В растерянности взяв ближайший предмет, он растерянно уставился на незнакомые иероглифы без единого намёка на привычные слова. Да, семейство Сойсалан предпочитало рисовую муку исключительно японского производства.