-Почему? - искренне удивился сын
-Ну, на это есть две причины. Первая заключается в том, что Али все-таки в реанимации. Туда и так запрещено ходить посторонним. Вы пройдёте исключительно потому, что я в этой больница главный врач. Но я не могу туда пропустить кого-то ещё. И стоит признать, действительно с улицы. Это безопасность пациентов.
Брат с сестрой кивнули, признавая справедливость довода.
-А вторая? - спросила Чагла.
- А вот вторая причина в том, что я хочу избежать давления и на вашу маму с дедушкой. Им тоже нужно время, чтобы принять новую реальность. Впереди сложные времена, для всех нас. Зачем усложнять там, где это не нужно? Немного подождём, как только Алиа переведут в обычную палату, сообщим его друзьям, и они смогут прийти. Или он сам наберёт, когда захочет.
Дети опять признали справедливость слов отца. Алаз, рассеяно водя взглядом по своей комнате, неожиданно выпрямился на своём стуле.
-Пап! А может давай что-то передадим брату?
-Не понял - удивился Серхан - Что передадим?
-Что-нибудь! Какую-нибудь фотографию, или кружку из дома. Вот!
Парень встал, подошёл к столу и взял с него большую рамку с фотографией внутри. На этой фотографии, сдДжесурной несколько лет назад, вся семья запечатлена на заднем дворе, когда Эшреф , слегка перебрав с коньяком, решил сам приготовить стейки. Он забрал у повара колпак и фартук, надев его прямо на костюм, и полез в мангал, взяв в руки щипцы с силиконовым покрытием. Щипцы, ожидаемо, расплавились, повар не успел остановить его. Эти стейки пошли на выброс, зато вся семья весело смеялась, глядя на это зрелище. Именно этот кадр поймала экономка. Алаз очень любил эту фотографию, где все были настолько живыми и открытыми.
-Ой! - вспомнила Чагла - А у меня в спальне есть термокружка! Если налить туда кипяток, то на чёрном фоне проявится жопка котика! Я очень её люблю! Думаю, Яману понравится!
Серхан отметил, что дочь называет брата его вторым именем. Посчитав это хорошим признаком в их разговоре, он вынужден был разбить их стремления:
-Простите дети, но нет. Это все нельзя. Он в реанимации, туда вообще ничего нельзя приносить. Вот в палату уже да, но я бы рекомендовал спросить все-таки у брата. Для вас это памятные вещи, а вот для него… А сейчас ему можно только одежду передать, что бы было в чем лежать в палате. По опыту знаю, больничный халат не самая удобная вещь. Но даже этого у нас нет. Кстати, сынок. Как раз хотел попросить тебя. Может у тебя что-то найдётся? Ты такой же худой, как и он, может подойдёт.
Алаз не ответил. Он что-то напряжённо обдумывал, а на его лице расплывалась широкая улыбка.
-Папа! Не придётся! Я придумал!
-Что ты там придумал? - с подозрением спросила сестра. - Я знаю этот тон. Имей ввиду, обижать брата не позволю!
-Эээй! - возмутился он - Ничего плохого я не думал. И что значит обижать брата? а ему, значит, позволишь меня обижать?
-И ему не позволю. - послушно согласилась девушка - Никто никого обижать не будет. Так что ты придумал?
-Точно! - тут же отвлёкся Алаз, опять поворачивать к отцу - Пап, ты можешь мне скинуть адрес, где он жил? Я просто поеду к ним и возьму его же одежду! По-моему, это будет лучше моих тряпку.
Поразмыслив, Серхан согласился. Достав смартфон, он отправил геолокацию, так как точного адреса этой богом забытой халупы в природе не существовало.
Слова у парня не расходились с делом. Выгнал машину из гаража, он тут же поехал за одеждой брата. По дороге он много думал. Думал о том, как теперь изменится их жизнь. Смогут ли они принять брата. Сможет ли он принять их. И самый главный вопрос, на который он не мог найти ответа: а что чувствует он сам? Вчера вечером он узнал, что его старший брат жив. Он его увидел. Он его даже обнял. Мозг понимает, что это нужно радоваться, и сердце это понимает, но не выходит. При мыслях о Алие он чувствует какие-то неясные, смазанные эмоции, а вот от мыслей об Ямане эмоции вполне ясные. Просто парень. Очень непохожий ни на кого из его окружения. Интересный. Алаз подумал, что для начала и это не плохо.
***
Аси, потерпев сокрушительное фиаско на рынке, решила затеять стирку пледов. Все равно до захода солнца делать было нечего, а тут польза будет. Да и отвлечься можно от урчащего живота. Ночной мясной пир, казалось, был в прошлой жизни. Поэтому она нагрела воды, замочила в старой лоханке несколько пледов и приступила к стирке, отметив, что мыло почти закончилось. Ожесточенно перетирая ветхую ткань и полностью погрузившись в свои мысли, девушка совершенно не заметила, как сзади подъехала машина.
-Лёгкой работы - эти слова, произнесенные незнакомым мужским голосом, заставили девушку вскочить на ноги, случайно задев лоханку. С шумным плеском, она опрокинулась на бок, выливая мыльную воду и выпуская на волю щупальца мокрой ткани. Нож в руке появился словно сам собой, крепко зажатый обратным хватом.