-Эй, Истеричка - как-то жалобно позвал он - Эй!
Наклонившись, Алаз убрал с окровавленного лица чёрную кудряшку. На него взглянули чёрные, глубокие глаза. Увидев, что кто-то пришёл, попыталась что-то сказать, но получился ещё один стон, после чего глаза закрылись.
-Эй! Ты куда! Посмотри на меня! - испугавшись, закричал Алаз, не зная, что ещё делать. Ему даже страшно было до нее дотронуться, настолько она была избита - Слышишь меня? Открой глаза!
С огромным трудом глаза открылись.
-Отлично! Умница! Истеричка, будь со мной, слышишь? Не отключайся, я сейчас. Я не ухожу.
Набрав номер отца, он выбежал из дома к своей машине. Ожидая ответа, он распахнул дверь машины, плюхнулся на водительское место и врубил дальний свет, освещая хлипкое здание. Открыв багажник, он уверенно достал дорожный фонарь и помчался обратно.
-Алло, папа! Папа, тут девушка сильно избита, что мне делать?
-В сознании? - Серхан, доктор от Бога, не стал тратить время на расспросить. - Какие повреждения ты видишь?
-Эээ.. У неё открыты глаза, она моргает, но я не уверен, что она в сознании - Парень включил фонарь и поставил рядом. Картинка стала ещё хуже - Вижу, что разбито лицо, рука по странным углом, возможно сломана. И вся грязная, её били ногами по всему телу. Вижу отпечатки ботинок.
-Сын, осторожно проведи по голове. Посмотри, голова целая? Есть ли кровь? - сухой бросил отец.
-Я быстро, потерпи немного, хорошо? - обратился он к девушке, и сделал как сказали, проведя рукой по спутанным кудряшками. Рука осталось чистой.
-Голова вроде в порядке, крови я не вижу.
-Сынок, скажи где ты, я отправлю к тебе скорую.
-Пап, я дома у брата. Это его сестра. - в панике прокричал Алаз, нервничая все больше - Сюда скорая будет ехать хрен знает сколько! И район не безопасный. И темно как в жопе йети! Я с фонарём сижу.
-Она ещё в сознании? - коротко спросил Серхан.
-Истеричка, открой глаза - нежно он обратился к девушке, легонько дотрагиваясь до головы. Глаза послушно открылись - Ты меня слышишь?
-Да, пап. В сознании, слышит меня - сказал Алаз, дождавшись моргания на свои слова.
-Задай несколько вопросов, хорошо? - Серхан в этот момент уже шёл по коридору, к посту медсестёр.
-Истеричка, слушай. Ответь на несколько вопросов хорошо? - быстро проговорил парень, слушая в трубке голос отца - Ты хочешь пить? Ага, а голова кружится? Понятно. Да, пап. И пить хочет, и голова кружится. Что? Да как я пойму? Тут холодно как в тундре, она вся в крови! Я спокоен. А, ладно, хорошо.
Он прикоснулся к шее, нащупывая пульс.
-Да, готов. Что? Понял. - подождав десять секунд, он ответил - Семнадцать или восемнадцать. Точно не уверен.
На другой стороне трубки Серхан замер. Он не знал, что там произошло, но понятно, что время действительно работает против них:
-Сынок, придется тебе её привезти. - напряженно сказал отец, понимая, что задача действительно сложная - Постарайся как можно осторожнее перенести её в машину, и сразу сюда, мы будем ждать. Она может не дождаться кареты скорой, судя по тому, что ты сказал, у неё возможно внутреннее кровотечение.
Алаз второй раз за вечер покрылся холодным потом. Он не стал тратить время, сказал отцу хорошо и что бы ждал. Положив телефон в карман, он растерянно замер над сломанным телом. Взять на руки. Как? До неё просто дотронуться страшно! И рука? А если он хуже сделает? А если у нее голова разбита, а он, дебил, этого не увидел? Поймав взгляд чёрных глаз, у него сжалось сердце. Глаза смотрели печально, с понимаем и очень устало, словно они не ждут помощи. Почему-то этот безнадежный взгляд заставил его действовать. Наклонившись, он быстро забормотал, не зная, к кому он обращается, к себе или к ней.
-Значит так, истеричка, послушайте меня, хорошо? Я сейчас возьму тебя на руки они отнесу в машину. Это будет больно, но надо немного потерпеть, ладно? Совсем немного, а потом я отвезу тебя в больницу. Главное потерпи, маленькая, хорошо?
Не дожидаясь ответа, он осторожно попытался взять её на руки, но его осенила внезапная мысль: задняя дверь машины закрыта. Открыта только передняя. Пришлось опять бежать, открывать дверь, надеясь, что ее никто не угонит и они смогут уехать из этой Богом проклятой дыры. А это опять время, время которого так мало. Алаз не врач, но он вырос с врачом, лучшим врачом, и волей не волей что-то понимал. Внутреннее кровотечение, которое заподозрил отец, это очень страшно и дорога каждая секунда.
Вернувшись, бормоча извинения, он поднял девушку, поражаясь, какая она лёгкая, и быстро понес к машине. Расположив её на заднем сидении, он закрыл дверь и сел за руль. Руки тряслись, он сам от волнения был мокрый как мышь под веником, а сердце стучало где-то в горле. Продолжая что-то говорить, он завёл машину и поехал из этой темной ямы. Он старался с ней разговаривать, что бы она не потеряла сознание, и радовался, когда в ответ слышал тихие стоны. Значит, она ещё с ним. А вот когда на заднем сидении затихли, он запаниковал, и остаток дороге кричал и плакал, чтобы она ему ответила. Мысль, что молодая девушка умерла на заднем сидении его машины была невыносимой.
К больнице он подъезжал громко, нажимая на клаксон, и ему было наплевать, что это больница и сигнал может кому-то помешать. Отец, как и обещал, встречал внизу вместе с командой врачей. Они кинулись к задней двери ещё до того, как машина полностью остановилась. Осторожно вытащив бессознательную девушку, они погрузили её на каталку и быстро повезли внутрь. Серхан дождался сына, перед тем, как идти за ними:
-Сынок, ты молодец. Чтобы не случилось, ты сделал все что мог.
Порывисто обняв его, Доктор быстрым шагом ушёл внутрь, к пациентке. Немного постояв и подышав холодным воздухом, чтобы взять в себя в руки, Алаз направился следом.
Внутри к нему подбежала Чагла и порывисто обняла брата, прижавшись мокрой щекой к его лицу. Отец им сказал, что Алаз везёт серьёзно избитую девушку, поэтому его ждали.