«Регенерация! Срочно!» – новая своя-чужая мысль возникла в сознании, заставляя Зверя испытывать невероятную ярость. Он не понимал, откуда исходили эти слова, почему они казались знакомыми и родными. Но больше всего его злило то, что они выступали помехой! Не давали сосредоточиться на бое!
Зверь только успел утвердиться на лапах, как его враг уже показался в проёме, на полной скорости бросившись в атаку.
«Витя… тварь!» – вновь промелькнуло в сознании, передавая образ кого-то знакомого и неприятного.
Враг налетел стремительно, яростно,первым же движением едва не разорвав Зверю глотку. Тот едва успел уклониться, но на этом атака противника не прекратилась. Новый шаг врага, взмах. Лапа с чудовищной силой и скоростью устремилась в бок Зверя. И на сей раз тот не смог уклониться полностью, почувствовав боль рассечённой плоти. А следом «Витя» ударил вновь, метя в грудь, почти размываясь в движениях.
«Ускорение разума! Сделай!» – новая своя-чужая мысль. Но на этот раз что-то отозвалось в Звере. Слова будто бы затронули глубинные инстинкты. Энергия в нём забурлила, устремившись к голове, привычным образом разгоняя сознание. И мир, наконец, обрёл чёткость.
Лапа врага словно бы увязла в киселе, двигаясь медленно и неторопливо. Также, как и собственное тело Зверя. Но всё же теперь он мог без труда уклониться.
«Шаг!» – прозвучало уже знакомое слово, вместе с тем воскрешая образы, инстинкты. И Зверь воспользовался ими.
Напитанные силой лапы бросили Зверя в бок, за спину противнику и за этим тут же последовал удар. Однако сила атаки оказалась недостаточной. Пусть когти разорвали плоть врага, тот лишь пошатнулся, но устоял и ударил в ответ. И даже рана на боку «Вити» стала затягиваться.
«Регенерация! Анализ… сращение!» – на этот раз это были не просто слова, но ещё образы, знакомые, привычные. Которыми Зверь следовал когда-то и воспользовался на этот раз. Уклоняясь от атак врага, он направил энергию в ещё не успевшие закрыться раны, повреждённые кости, сосуды. И те тут же принялись восстанавливаться с поразительной даже для оборотня скоростью. Несколько мгновений, и Зверь обрёл совершенно здоровое, полное силы тело. Пасть его раскрылась в довольном оскале, сознание затрепетало в предвкушении.
Одним Шагом Зверь вновь оказался за спиной врага, но на этот раз ударил напитанной энергией лапой. И эта атака оказалась намного эффективней прошлой. Настолько, что враг улетел прочь на несколько метров, обильно орошая кровью дорогу. Он почти сразу попытался подняться, но встретил новый удар, а затем ещё и ещё.
В свирепой радости Зверь принялся кромсать тело твари, вздумавшей его убить, слабака, возвысившего голос на более сильного. Кровь плескалась во все стороны, плоть не успевала зарастать, рёв «Вити» сменился на визг, но Зверь только увеличивал напор.
«Стой! Сохрани жизнь… часть стаи» – донеслись до него свои-чужие слова. На мгновение Зверь замер, а затем рванулся вперёд, сжав челюсти на горле жертвы. Опьяняющий аромат крови стал божественным нектаром, бешеный, испуганный стук чужого сердца — сладостью, которую так хотелось растянуть. И в то же время не угасало желание сильней надавить челюстью, насладиться плотью, вырвать трахею. Зверь сжал клыки чуть сильней, почувствовав на языке вкус чужой крови…
Со стороны врага раздалось просящее униженное скуление, тело под Зверем обмякло, уже не пытаясь сопротивляться, демонстрируя полную покорность. Которая обрадовала Зверя не меньше, чем возможность вкусить крови. Глупая шавка поняла своё место!
Демонстративно ещё чуть сильнее надавив клыками и добившись испуганной дрожи, Зверь отстранился, с удовольствием оглядев результат собственных усилий. Некогда грозный противник сжался перед ним, распластавшись на земле. Его тело покрывали многочисленные раны, медленно и неохотно закрывавшиеся. А главное, взгляд лежавшего! В глазах «Вити» уже не было гнева, только покорность и страх. Те чувства, что и следовало испытывать перед вожаком.
Жаль, в полной мере насладиться триумфом Зверь не смог. Его привлёк шум, раздавшийся чуть в стороне. И вот стоило только взглянуть на источник беспокойства, как прошлые желание мгновенно были отброшены.
Привлекли внимание Зверя его сородичи, те трое, что не были участниками схватки. И то, что они делали сейчас… это вызвало лютую ненависть обоих половин его души.
А всё потому, что двое оборотней сейчас двигались к третьему… вернее третьей. И намеренья их были совершенно очевидны. Даже слишком.
«Вырвать… заставить сожрать!» – прозвучала в голове мысль, с которой Зверь был совершенно согласен. И он сделал Шаг.