На миг гном задумался. Затем оценил фигуру Волчицы.
— Кристина, ты сможешь заснуть?
На него очень выразительно посмотрели.
— Тогда первую треть ночи дежуришь ты, но потом будишь меня, поняла?
— Не нужно…
— Это не обсуждается, — жёстко отрезал гном. — Если Серый не очнётся к утру, нужно будет идти назад, и чем быстрее, тем лучше. А значит, мы все должны к тому моменту находиться в бодром, готовом к походу состоянии. Среди нас не может быть вялых и слабых. Ты должна будешь поспать, хотя бы ради него. Поняла?
— Да, — после нескольких долгих секунд ответила Волчица.
— Вот и славно. И не волнуйся так. Наш Серый — сильнее многих. Такая ерунда его не убьёт!
Если бы только сам гном был уверен в этом на все сто процентов. Однако, вслух он сомнения высказывать не имел права. Не тогда, когда на нём оказались обязанности лидера. Которые Дмитрию совсем не нравились. Он уже скучал по возможности балагурить, веселиться и собирался припомнить другу всю эту нервотрёпку. Не если, а когда тот очнётся.
Увы, время это откладывалось. До устройства компании на ночлег Серый так и не проснулся, оставив своих товарищей с тяжёлыми думами. Благо, не самое простое состояние души и тела были во многом привычными, так что пусть и беспокойный, но сон всё же пришёл. Позволив на время забыться от тревоги. Жаль только именно, что на время.
Посреди ночи Диму разбудила Кристина, так и не дождавшаяся прихода в сознание любимого человека. Одним взглядом передав всё то, что было на душе, девушка закуталась в спальник, сиротливо расположившись у горящего костра. Дмитрий же сел спиной к огню, лицом к отнюдь не спящим джунглям и принялся коротать ночь, отвлекая себя вырезанием рун в камне. Это позволяло хоть немного отвлечься от всё более настойчивых мыслей. Но не слишком успешно. Достаточно сказать, что волнение передалось рукам, заставив испортить руну и лишь чудом не пропороть руку.
— Да что бы черти драли тех, кто это всё придумал, — тихо проворчал Дмитрий, оглядываясь на своего друга. Он проверял его состояние всего минут десять назад. Было глупо подходить вновь. Глупо, но гном всё же подошёл, положив руку на лоб товарища. Температура оказалась нормальной. Ровно такой же, как и прежде. Что не удивительно. Она просто не могла измениться за такой короткий срок.
Дмитрию хотелось в голос выругаться на всю эту ситуацию и самого себя, но он сдержался, не желая будить товарищей, и уже собрался уйти на свой пост, когда слух уловил нечто новое. Изменение дыхания у его товарища. Гном прислушался, действительно уловив более частые вздохи, а затем не выдержал, начав трясти товарища за плечо. И каким же большим оказалось облегчение Дмитрия, когда это подействовало. Его друг, наконец, подал голос!
…
Пробуждение было тяжёлым. Я словно пытался всплыть из очень глубокого водоёма на поверхность, чувствуя, как тело тянет вниз. Кажется, несколько раз так ничего и не выходило, но очередная попытка оказалась подстёгнута чувством чьей-то ладони на голове. Она стала словно спасательным кругом, за который я ухватился, подтянувшись выше. А потом почувствовал и немилосердную тряску.
— Кристина? — спросил, хотя вернее будет прохрипел.
— Разве что с бородой, — раздался ответ очень знакомым тоном.
Распахнув глаза, я в неверном свете костра углядев знакомое лицо друга, на котором сияла улыбка.
— А…
— Потише, все спят, — предупредил Дмитрий.
Я кивнул, принимая предупреждение. Затем принял сидячее положение, огляделся. Взгляд ухватил до боли знакомые апартаменты пещеры. Просто поразительно, что я уже второй раз оказывался в ней после большого переплёта.
— Кстати, Волчица караулила у твоего тела часа три, не меньше, очень волновалась, как и все мы, — тихо сообщил гном. — И отсюда вопрос, а ты вообще думал, насколько важен, кода лез на эту подозрительную хрень?
Я недоумённо посмотрел на товарища, оценив изменение тона. Дмитрий был раздражён, я редко видел его в таком состоянии и ни разу подобные эмоции не были направлены на меня.
— О чём ты?
— О том, что ты лезешь первым в любую передрягу не думая, что будет, если помрёшь, — ответил Дима. — Словно бессмертным себя считаешь. А это не так. Нас, «избранных», уже много здесь передохло. И ты можешь умереть. Особенно если по глупости станешь подставляться. А тогда в нашем отряде всё разладится. Вся группа держится на тебе. Если погибнешь, то не будет того, кто всех этих гордых личностей вместе скрепит. А что там с Кристиной станет, я и думать не хочу.
Что же, слова товарища были справедливы. Я действительно после обретения новых сил стал слишком самоуверенным. Почувствовал себя «главным альфой». Самым сильным на Базе. И вроде имелось понимание, что моя сила в рамках мира не выдающаяся, но, то в мозгах, ощущения твердили о собственной непобедимости. Что же, вот теперь мне указали, что даже цветочек, ерундовая тварь, может оказаться смертельно опасной. Сожрать меня и не подавиться. А если брать масштабы целой планеты то, наверное, я и вовсе окажусь букашкой на фоне местных монстров. И вот теперь было такое понимание не только в разуме, но и в собственных ощущениях.