Лёгкая, ничем не закреплённая тумба, опасно зашаталась под весом эльфа, на мгновение чуть было не опрокинулась, но всё же устояла, стоило Максу чуть изменить положение тела. Он всё же сделал невозможное, добравшись до цели. И утвердил данный факт, засунув кристалл за пазуху. Уверен, эльф ещё и совершил бы передышку, явно потратив немало сил на данный путь. Однако кто бы ему это позволил?
Корни под постаментом зашевелились активнее, потянулись к верхушке тумбы, явно каким-то образом чуя присутствие постороннего. Так что Макс вынужден был возобновить движение, но только уже в обратном направлении. Миг, и он прыгнул на новый пятачок, с которого тут же перебрался в другое место. Также ловко, грациозно, мастерски. Вот только я на сей раз не следил за эльфом. Я с растущим напряжением смотрел на тот самый пьедестал, зашатавшийся после прыжка товарища. Вот он отклонился вправо, затем качнулся в обратную сторону, набрав ещё большую инерцию и кренясь в бок…
Ускорение разума не позволило предаться иллюзиям, чётко подсказав будущее…
— Быстрее, Макс!
Эльф вздрогнул, чуть не совершив ошибку, но тут же последовал моему призыву, начав двигаться со всей возможной прытью. А в этот момент перед моими глазами развернулась сцена медленно падавшей мебели. Медленно — только лишь в ускоренном восприятии. На деле же всё происходило стремительно.
Вот тумба грохнулась, придавив несколько корней, вот иные отростки возбудились на порядок больше прежнего, задвигались быстрее… Бывший на середине пути Макс не иначе как чудом смог уклониться от первых движений зашедшегося растения, совершил несколько кульбитов, изгибаясь в немыслимых позах, но его везение не могло быть вечным и в один момент оборвалось. На пути эльфа встал целый веер из корней, головокружительным прыжком Макс перескочил через него, однако в полёте всё же задел один из отростков. И это хватило. Монстр нашёл врага.
Если прежде был поиск, то теперь началась атака. Раскинувшиеся по всей окружности боковые корни устремились в сторону эльфа. И вот от этого уклониться невозможно было даже с нечеловеческой грацией. Впрочем, у меня был на подобное ответ.
Один за другим в скопление корней полетели гранаты. Брызнул в стороны лёд, изломав и сковав львиную долю хваталок противника. Следующим манёвром я сам шагнул вперёд и взмахнул верной жердью, сметая зелень прочь. И Макс смог воспользоваться предоставленным шансом. Ещё два безумных прыжка и эльф оказался рядом со мной, загнанно дыша. Мелькнула мысль поработать над его выносливостью, но потом, а пока что мы не сговариваясь бросились прочь, в сторону лестницы на первый этаж.
И наша спешка была вызвана не только бушующими корнями. Намного более тревожным был шум над головой, похожий на дебош разбушевавшегося великана. И что-то подсказывало мне — эта аналогия была вполне уместна. Именно с гневным исполином мы и имели дело.
За несколько мгновений пробежав через подвал, пулей взлетев по лестнице, мы оказались в месте, разительно отличавшемся от того, каким его помнили. Со стороны входа в здание слышались крики, грохот, рёв пламени. Здание стонало, сдерживая в себе чудище. И ко всему этому к нам уже тянулось множество лиан из правой части коридора. Однако же им тут же дал укорот Макс, залив огнём проход. Под лепестками пламени лианы задёргались, заметались, но не отпрянули как прежде, а устремились в новую атаку, стоило огню чуть успокоиться.
— Бежим! — оборвал энтузиазм напарника, дёрнув его в сторону звуков боя. Было ясно, что тратить даже лишнюю секунду не стоило. И особенно очевидным это стало тогда, когда мы добрались до холла, где приняли бой наши основные силы. И что могу сказать? Там была полная задница! Никак иначе кратко и не сказать. Но если изложить всё более подробно, то мои товарищи бились уже в полном окружении. Лианы напирали на них из центра, со входа, подбирались с боков и кольцевого коридора. С каждым следующим мгновением всё больше сжимая тиски. И даже щедро плескаемый во все стороны огонь не слишком помогал. Чудовищное растение будто бы разом лишилось страха перед пламенем. Даже горящее, бросалось в атаку, пусть и слепую. Ситуация подошла опасно близко к критической.