— Фу, — брезгливо морщится Джан Ди. — Как некультурно. У меня есть и другие достоинства, которыми я могу хвалиться перед подружками, — горделиво выпрямляется она.
Если честно, даже знать не особо хочется.
— Не переводи тему, — взгляд И Чона становится строже. — Ты ведь понимаешь, о чём именно я говорю.
— Я ещё не научилась читать мысли, несмотря на то, что мы родственники.
А, так они всё-таки родственники.
— Ты должна отдать контракт Шанель, — уже напрямую говорит ей И Чон.
— Не помню, чтобы это было где-то отражено в моих обязанностях.
— Не изображай из себя дурочку, Джан Ди, — голос И Чона становится суровее. — Ты сама прекрасно понимаешь, что подписала его, перепрыгнув через голову коммерческого отдела «Сиисунг». А значит…
— А значит, я довольно грациозна, раз смогла допрыгнуть аж до договора с Шанель, — с улыбкой отвечает ему госпожа Пак.
— Джан Ди!
— Что Джан Ди? Вместо того чтобы радоваться достижениям родной сестры, решил просто забрать все её заслуги?
— Ты сама знаешь, что тебе не принадлежит этот контракт.
— Правда? И кому же он принадлежит?
— Сиисунг электроникс. Я хочу, чтобы ты отдала контракт туда, — произносит брат Джан Ди.
— А я хочу вернуть свои восемнадцать лет, — пожимает плечами госпожа Пак. — Но, как видишь, наши желания не всегда сбываются.
— Джан Ди, я прошу сделать это не просто так, — со вздохом поясняет И Чон. — Ты сама знаешь, что можешь провалить это дело, а…
— А ты сделаешь всё правильно, — язвит госпожа Пак. — И семья будет гордиться тобой.
— Я просто не хочу, чтобы ты снова вляпалась в неприятности. Поэтому хочу помочь тебе.
— Значит, хочешь помочь, да? — прищуривается Джан Ди, с интересом глядя на брата.
— Конечно. Ты же моя сестра.
— Отлично, — она открывает ящик своего стола и выкладывает с грохотом несколько папок на стол. — Можешь выкинуть? А то у меня всё руки никак не доходили. А раз уж ты тут помощь братскую предлагаешь, то грех отказываться.
От такого жеста И Чон поднимается на ноги и недовольно кривит губы.
— Зря ты так, — спокойно говорит ей. — Я ведь, правда, хочу тебе помочь. Всё же мы семья. Ты ведь сама потом придёшь и будешь просить помощи.
— Да-да, — кивает Джан Ди. — Обязательно. Завтра в час крысы. Жди.
— Вроде уже начальница отдела, а ведёшь себя, как маленькая.
— Думаю, на этом разговор окончен, — Джан Ди снова опускает взгляд на документы, которые лежат на столе.
— Я предупредил тебя, — подойдя к двери, говорит напоследок брат госпожи Пак. — Подумай хорошенько над тем, чтобы отдать контракт. Всё же… Потом может быть уже поздно.
— Хороших выходных, братец, — не поднимая взгляда, машет ему рукой Джан Ди.
И Чон в последний раз бросает недовольный взгляд сначала на сестру, потом на меня. После чего он выходит за дверь, а госпожа Пак перестаёт делать вид, что читает документы, и с громким вздохом откидывается на спинку своего кресла.
— Вот же, — невольно цыкает она, уведя взгляд к потолку.
— Можно, вопрос? — решаюсь спросить у неё я.
— Задавай.
— Почему завтра, в час крысы?
Она удивлённо вскидывает бровь и смотрит на меня.
— Не слышал детскую присказку о появлении лесных нимф?
Я отрицательно мотаю головой, на что получаю недовольный вздох.
— Ты где вообще вырос? — задаётся она скорее риторическим вопросом. — В Древней Корее, чтобы успокоить детей, им говорили, что если они перестанут плакать или истерить, то смогут увидеть лесных нимф завтра, в час крысы.
— Понял, спасибо, — благодарно киваю за пояснение. — И… Насчёт разговора о контракте Шанель.
— Чего? — нахмурившись, отчего у неё смешно сморщился нос, спрашивает меня Джан Ди.
— Хочу напомнить, — спокойно говорю я, просто из чувства вредности и за то, что простоял последние десять минут перед её столом. — Что, два миллиона вон мы с вами уже потратили, и возврату они не подлежат.
— Иди уже отсюда… — машет она мне в сторону выхода. — Брысь, брысь отсюда, неблагодарный.
Развернувшись и направившись к выходу, я поймал себя на мысли, что мне действительно начинает нравиться специально её раздражать.
///
Выйдя из кабинета своей сестры, Пак И Чон закрывает за собой дверь, и на секунду, его губы раскрываются в беззвучном ругательстве. Всего одно мгновение, и мужчина уже берёт себя в руки. Поправив галстук, он делает шаг в сторону лифтового холла.
Проходя между рядов уставших сотрудников, его взгляд невольно останавливается на ничем не примечательной сцене.