— Слушайте, по вашему выходит, что в таких центрах люди должны работать за копейки. Так что ли?
— Нет! Совсем нет. — Док взмахнул руками и вздохнул. — Возможно, я утрирую. Но сами подумайте, если обычный врач-реабилитолог с даром целителя среднего уровня в профильном центре получает сто пятьдесят тысяч рублей, то косметолог в частной клинике с легкостью получает до пятисот. Сравнили? А теперь подумайте, какую работу выберет среднестатистический целитель.
— Ясно. — Обдумав всё услышанное, спросила о главном: — А вы уверены, что при таких зарплатах центр вообще будет приносить доход? Или это своего рода утопическая идея?
— Отнюдь! — Савелий начал расхаживать передо мной, забавно заложив руки за спину. — Я уже узнавал, если открывать реабилитационный центр хотя бы на тридцать мест, что является главным условием данного проекта, на который будет выделяться имперский грант, необходимо не так много сотрудников и относительно небольшое здание, а лечение щедро оплачивает профсоюз и военная страховая компания. Да, Полиночка, вы не ослышались. Мы все отчисляем страховые взносы и страхуем свою жизнь дополнительно каждый год, чтобы в случае чего нас не бросили в канаве, а на ручках донесли до госпиталя и вылечили. Весь вопрос в том: как. В госпитале зашьют, убедятся, что жив, и отправят… кхм, в лучшем случае на реабилитацию. А реабилитационных центров у нас раз-два и обчелся! В итоге бойцы идут на гражданку с инвалидностью… и всё, жизнь кончена. Мало кто из нас умеет жить мирной жизнью, Полина. А центр даст хоть какой-то шанс на достойное будущее. Да хотя бы ходить ровно, магией самопроизвольно не разбрасываться, да не вздрагивать от резкого шума по ночам!
— Я вас поняла, — заверила его. — Идея отличная, и я тоже всей душой за простых людей. Но если проблему финансирования решить просто, то как решить проблему человеческих ресурсов? Тридцать коек — это полноценное отделение. Минимум пять палатных медсестер, одна процедурная, одна перевязочная, одна старшая. Врачей… Ну, допустим, три. Один травматологического профиля, один неврологического, один психиатрического. Хотя в идеале нужно ещё парочку: кардиолога и реабилитолога. Плюс две массажистки и инструктор по восстановительной физкультуре. Грамотный психолог. Ну и главный врач, само собой. Плюс как минимум один кадровик-бухгалтер, снабженец, парочка санитарок и кухработницы. Итого… — я мысленно прикинула, — уже больше двадцати человек. Ладно, администрация и кухработники, в целом их найти не проблема. А где вы возьмете остальных, учитывая то, что кто попало нам не нужен?
— Полина, с каждым днем вы нравитесь мне всё больше, — заявил Док, делая ко мне стремительный шаг и чуть ли не пожирая меня голодным взглядом. — Всё четко по полочкам, как я люблю! А самое главное — с пониманием сути! Не поверите, эта идея зреет в моей не раз травмированной голове уже не первый год и я примерно представляю, кого сманить и откуда. И уверяю вас, это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Самое главное: жесткая рука хозяйственника, но точно не моя. Уж простите за честность, но я в плане финансов — тот ещё… кхм, разгильдяй. А вот вы…
— Я? — Я аж растерялась. — Да вы шутите…
— Отнюдь. Так что подумайте, Полина. Просто подумайте.
А ведь тут и впрямь нужно очень хорошо подумать!
Пока я старательно шевелила извилинами, в гостиную вкатила тележку Дарья. Увидев меня, слегка растерялась, но потом просто спросила, где я буду ужинать: тут или на кухне, а когда я согласилась тут (почему бы и нет?), то просто начала накладывать не на шестерых, а на семерых, благо мест за двумя столиками хватало и никто из мужчин не возражал.
Пока ели, я периодически задавала Доку вопросы, которые приходили мне в голову, и под конец ужина всё больше склонялась к тому, что идея интересная. И может очень хорошо выстрелить!
По всему выходило, что ближайший к нам «обычный» реабилитационный центр находится аж в Волгограде. Под Москвой есть, но там простых смертных не лечат, и чтобы попасть на те элитные койки, нужно быть по меньшей мере аристократом либо одаренным не ниже третьей ступени, тогда как большинство бойцов осваивают пятый-четвертый ранг, не более.
При этом, чтобы просто попасть на реабилитацию, необходим серьезный пакет документов, который далеко не всегда удается собрать, если сам не пробивной (или друзья не помогут), а на саму реабилитацию выделяется от миллиона рублей сроком на полтора месяца. В особо сложных случаях — десять миллионов на полгода. Плюс грант от империи — пятьдесят миллионов. Сюда входит приобретение здания, мебели, оборудования, медикаментов и даже прохождение повышающих курсов квалификации для медперсонала.