Мне предъявили широкие и относительно толстые полоски то ли темно-серой кожи, то ли мягкого металлизированного пластика.
— Помимо этого придется носить и связующий кулон ментального типа, на который будет всё это запитано воедино, чтобы не диссонировало. Самое неудобное — это оружие. Под него необходима унифицированная пространственная перчатка, внутри которой оно будет храниться. Само оружие будем создавать персонально для тебя, для этого мне понадобится твоя кровь. Кстати, для активации доспеха тоже понадобится кровь. Миллилитров по сто туда и туда. Ну как? Не передумала?
— Не дождетесь, — хмыкнула и подошла, ведь пока Док трепался и запугивал, я уже разделась до нижнего белья, уже не ощущая ни волнения, ни стеснения. Лишь предвкушение!
— Что ж, тогда ложитесь, ваше сиятельство. Будет больно.
Пренебрежительным фырком дав понять мужчинам, что тут не по адресу, я залезла на хирургический стол, слегка поежившись от того, что его поверхность была прохладной, вытянулась во весь рост и чуть расставила ноги и руки, как просил Док. Затем он выкачал из меня необходимый объем крови, зафиксирован на шее, запястьях и лодыжках полоски артефактов и тут же дал перламутровое энергетическое ядро регенерации, причем в каждую ладонь, предупредив, что их будет десять — это необходимо для того, чтобы доспех настроился на мою основную энергию и лег, как надо.
— А теперь самое неприятное, — произнёс он, вынимая откуда-то из-под стола большой контейнер, в котором, если мне не изменяла память, перевозили токсичные или ядовитые вещества. — Внутри находится жидкая кожа — экстракт невероятно живучих клеток из одной премерзкой твари. Но именно из неё делают доспехи для «Витязей». Закрывай глазки и ничего не бойся. Будет больно, но ты справишься. Я уверен.
Не знаю, зачем я покосилась на Стужева, который перехватив мой взгляд, уверенно кивнул, так что стало даже немного неловко на свою нерешительность, и я закрыла глаза, смело заявив:
— Я готова.
А потом Док с характерным звуком отвинтил крышку контейнера и вылил жидкую кожу мне на грудь. В тот же миг начали растворяться ядра в моих ладонях и меня охватили крайне странные и противоречивые ощущения: леденящий холод в груди и жар удовольствия в ладонях; колючие кислотные мурашки под ребрами и патока удовлетворения, бегущая вверх по венам рук; жгучие покусывания неведомой твари, стремящейся меня сожрать, просто поглотив тело целиком, и мощь, растущая изнутри.
Сложно сказать, сколько времени это длилось, причем я прекрасно ощущала те эпизоды, когда Док снова и снова вкладывал в мои ладони новые энергетические ядра. Уловила и момент, когда меня окропили моей собственной кровью. Не увидела, но почувствовала, как поверх всего этого меня опутали невероятно сложной многоступенчатой рунной вязью, а затем четко в центр груди был помещен ещё один артефакт. Связующий.
К этой минуте я уже давно перестала быть собой, превратившись в один оголенный нерв, который содрогался от боли и одновременно бился в экстазе, но из моего горла не вырвалось ни звука, потому что мозг не отключался ни на секунду, старательно анализируя происходящее и подмечая даже малейшие нюансы.
Судя по ним, тварь проникла внутрь меня, напитываясь моей силой и постепенно становясь симбионтом. Именно симбионтом. У неё не было ни своей воли, ни своего разума. Словно жидкий латекс она облепила меня всю и, поискав слабые стороны, но не найдя, почти сразу смирилась со своей новой ролью. Ролью доспеха для более сильного хищника. Ролью полезного симбионта при могущественном хозяине.
Вот только нам обеим не нравились эти ограничения в виде нелепых грубых браслетов и ошейника… Нам вполне хватит и центрального артефакта, верно? Да, я тоже так думаю.
В какой-то момент я поймала себя на том, что разговариваю сама с собой, но это не показалось мне странным или опасным. В самом деле, за эти семь лет со мной случалось всякое. Не такое, нет… Но всё же вспомнить было о чем.
— Полина? — откуда-то издалека раздался зов Дока примерно вечность спустя. — Полина, вы меня слышите? Мы закончили. Как ваше самочувствие?
— Неоднозначное, — произнесла приглушенно, когда попыталась подобрать определение, но не смогла. Зато получилось открыть глаза и увидеть над собой сразу двух взволнованных мужчин. — Это было слишком хорошо и необычно, но сейчас я ощущаю просто дикую усталость. А ещё мне кажется, что симбионт отчасти разумен и ему не чужды эмоции. Это нормально?