Док и Стужев хмуро переглянулись.
— Не очень, — неохотно признался Савелий, причем не сразу. — Видимо, всё дело в вашем даре регенерации. Скажу честно, среди «Витязей» нет истинных регенератов, так что не могу припомнить никого, над кем бы проводились подобные опыты. И сильно ваш доспех разумен, Полиночка?
— Не знаю, — пробормотала задумчиво, прислушиваясь к себе. — Это даже не разум. Это… Скорее оттенки эмоций. Как у растения. Пока не могу сказать точно. Это опасно?
— Какие эмоции? — поспешил уточнить Стужев, пока Савелий водил надо мной своими зелеными руками.
— Простейшие, — не стала приукрашивать. — Тепло, холод, голод, удовлетворение. Мы сыты, нам тело и хорошо.
— Мы? — Ещё сильнее напрягся «Витязь».
А я мысленно шикнула на себя. Зачем я это сказала? Сейчас отберет нашу прелесть!
— Мне кажется, оно дублирует мои эмоции, — поспешила ответить я. — Мы чувствуем одно и то же. Либо это всё чувствуя я, а доспех отражает и возвращает эхо. Пока не могу понять, слишком много новых, непривычных мне ощущений.
— Отклонений не вижу, — подтвердил Док, отчего я мысленно возликовала. — Доспех не агрессивен по отношению к носителю, привязка сто процентов. Полина, можете встать?
Сама я не смогла, но Стужев подал руку и придержал за спину, так что я почти уверенно села, а затем и встала на ноги. И пускай меня немного шатало, так что Егор продолжал придерживать меня за плечи, тем не менее я стояла и даже не падала.
А ещё с нескрываемым интересом рассматривала себя там, где видела.
— А это нормально, что я не черная, а серебристая?
— Скорее даже перламутровая, — подтвердил Савелий. — Цвет вашей силы, Полина. Не волнуйтесь, доспех довольно пластичен в плане индивидуальных настроек, так что со временем вы сами поймете, как его затемнить. И стоит ли? Сейчас меня волнует другое — толщина покрова. Слишком тонкий слой, хотя я точно знаю, что рассчитал объем верно, с учетом дополнительной брони на корпус и пах. Полина, деактивируйте шлем и пустите меня в свой разум. Клянусь, я буду действовать максимально деликатно.
Ага. Деактивировать шлем… Ага.
Как?
Глава 14
Прикрыв глаза и поискав внутри себя тумблер, отвечающий за деактивацию, нашла его только минуты через три, искренне удивившись тому, что он не в ошейнике, а в грудном артефакте. Зато хватило трех секунд, чтобы понять, как это вообще всё работает, словно это знание вшили мне в подкорку мозга, как способность дышать.
Оно просто было.
И доспех я нарастила сама. Как и поменяла цвет.
— Ого! А вот это приятный сюрприз, Полина! — обрадованно воскликнул Савелий, пока Стужев ловил мою падающую тушку, окончательно лишившуюся сил. — Витаминчиков?
— С удовольствием, — просипела, даже не думая возражать, когда Егор взял меня на руки и присел на ближайшую кровать.
Зато я была в стильном черном доспехе с перламутровым блеском и никто не смог бы сказать, что я женщина!
Внушительная броня на груди, объемная броня на талии с четко очерченными кубиками пресса, и толстые подошвы, добавившие мне минимум четыре сантиметра роста. Всё это я не видела, но знала, просто заложив нужные параметры в невероятно пластичный генокод своего симбионта, который при желании мог отрастить даже рога и шипы — материала хватало.
Тем временем Док намешал в бутылочку ядреный коктейль, куда, точно знаю, щедро сыпанул в том числе порошка регенерации, потому что, когда я всё это допила, то ощутила себя живее всех живых и бодрее, чем пришла.
— Прекрасно, просто прекрасно! — звонко шлепнул в ладони Савелий, глядя на меня подозрительно сверкающими глазами, когда я заверила, что готова к следующему этапу, и меня снова отправили на хирургический стол. — А сейчас будет магия!
— То есть до этого её не было? — хохотнула.
— До этого она тоже была, — согласился Док, — но сейчас будет ещё больше. Дайте мне свою правую руку. Вы же правша?
— Да.
То ли не доверяя, то волнуясь, Док сам надел на меня весьма любопытную перчатку с обрезанными пальцами, которая была вроде бы и кожаной, но в то же время с твердыми накладками из темного металла по тыльной стороне ладони. Зафиксировал перчатку плотным ремешком на запястье и попросил перевернуть руку ладонью вверх.
А потом…
Потом мужчины в четыре руки начали лить в центр моей ладони жидкий металл, некую субстанцию, похожую на нефть, мою собственную кровь и четвертой составляющей шел серебристый порошок с перламутровым отливом. И всё под речитатив неизвестного заклинания, которое без остановки произносил Стужев.