— Появиться и врезать. Для наших целей самое то. — сказал Атью: — но они мне все равно не нравятся. Уродливые какие-то.
— Главное — чтобы они бы эффективными. — ответил Мур. Тем временем техники окончательно закончили расконсервацию малых судов и доложили об этом.
— У нас есть еще два часа до выхода в район. — сказал Мур, взглянув на часы. Потом штурмовики отправятся своим путем, а 'Гермес' — своим. Учитывая скорость передвижения штурмовиков нам понадобиться около двух недель, чтобы выйти к границе сферы Мейнхарда. 'Гермес' тем временем будет пробираться вдоль пояса астероидов. Он, если повезет, может выбраться и пораньше. Нам придется провести в этих коробках две недели. — добавил он, словно извиняясь.
— Сэр. — обратился к нему подошедший Перси: — У меня все готово.
— А как твоя ученица?
— Мефала? Времени в обрез, сэр, но мы проиграли сценарий три раза, плюс дополнительные данные и советы на планшете. Все равно большую часть времени на автомате идти, только переход в гипер вручную включать, да в системе СОС подать. Сэр. — Перси чувствовал какую-то неловкость каждый раз, когда разговаривал с этим лейтенантом из СБ. Вроде и одет опрятно и чисто, строен, ладно сшит, и говорит гладко, а какое-то чувство вызывает… нехорошее, подумал Перси, глядя на то, как тот кивает головой подошедшему механику Клаусу Штайнке. Имперская СБ это, конечно контора серьезная, но не приговор, в конце концов, и там, наверное люди нормальные работают, вот только слишком он правильный какой-то. Все у него всегда по уставу и согласно правилам и нормам. Такие люди раздражают всех остальных своим скрупулезным следованием всем инструкциям и правилам, заставляя всех остальных задумываться о собственном несовершенстве. Еще лейтенант был слишком официален и вежлив. 'Скользкий тип' — так охарактеризовала его Амбромахия, а уже ее мнению Перси доверял как самому себе, а то и больше.
— Ну, ладно, лейтенант, приготовьтесь к выходу в пространство. — сказал Мур, подчеркнув слово 'лейтенант'.
— Я надеюсь, вы влезете в кабину… — добавил он вслед Перси с легкой улыбкой. Перси стиснул зубы и сделав вид, что не расслышал, проследовал к своему штурмовику.
— Послушай, хватит тебе тиранить паренька, Генри. — сказал Атью: — Ему и так нелегко.
— Кому из нас легко? — пожал плечами Мур: — Пусть жизни учится, сопляк. Он думает здесь ему развлекательный круиз с шампанским. Отъел себе окорока на гражданке.
— Ну, смотри сам. — Атью не мог противостоять Муру, даже словесно.
— Ты можешь идти отдохнуть, Атью, у меня тут все схвачено. — добавил Мур.
— Капитан приказала мне проследить за вашим выходом. — ответил тот. Приказ капитана обсуждению не подлежит, это старое флотское правило.
— Конечно. Оставайся. — Мур отошел в сторону и сделал вид, что страшно занят осмотром двигательной части штурмовиков. Атью кивнул головой, больше самому себе, чем кому-либо и подозвал к себе Штейнке. Еще много надо было сделать. До выхода в район выброса оставалось полтора часа. Полтора часа, за которые много что надо сделать. Проверить еще раз, наверное уже в сотый, все системы и механизмы. Перезагрузить тактические компьютеры и ввести новые флэш-карты. Провести тестирование нейроники. И пилоты… где этот Боргкхарт? Атью нажал кнопку вызова на своем коммуникаторе.
— Медицинский? Где Борг?
— Сейчас, сэр… он должен быть здесь… минуточку, сэр. — Атью сжал губы и непроизвольно принялся отбивать такт левой ногой, как всегда, когда он нервничал.
— Сэр, его здесь нет.
— Что значит нет? Куда он мог подеваться? Найти Боргкхарта и …
— Я здесь, сэр. — Атью обернулся. Перед ним действительно стоял Боргкхарт. Стекло шлема было затемнено и лица не было видно, но индивидуальный номер на груди и звание…
— Минуточку. Измените прозрачность. — Боргкхарт послушно убрал затемнение и Атью увидел его бледное осунувшееся лицо с тенями под глазами.
— Просто свет глаза режет… — пожаловался он.
— Я понял, можете вернуть затенение. Вы в состоянии управлять малым судном?
— В Ударном Истребительном нет больных и здоровых, сэр. Есть живые и мертвые. — ответит Боргкхарт.
— Понятно. Приступайте. — Атью проводил пилота взглядом. Старая закалка, подумал он, старая школа.
Глава 46
— Внимание! До выхода на рубеж сбрасывания осталось тридцать минут! — раздался голос тактического компьютера. Перси уже сидел внутри кабины штурмовика. Внутри действительно было тесновато, хотя снаружи штурмовик был раза в два больше 'Центуриона'. Панель управления и оборудование кокпита было стандартным, добавилось несколько новых экранов и тумблеров, но в целом Перси чувствовал себя достаточно уверено. Он погасил внешнее освещение в кабине и остался один на один с зеленоватым свечением приборов и тактических мониторов. Руки привычно выполняли свою работу, проверяя системы, прогоняя тесты по электронному оборудованию. Экран нейропроцессора оставался потухшим за ненадобностью. Перси чувствовал себя спокойно и уверенно в этой 'скорлупе' из мощнейшего оборудования и вооружения, здесь никто не видел его и никто не мог ничего сказать про его размеры или габариты, здесь он был просто 'Марафонец-два', безымянная боевая машина. Он знал, что делать и делал это, испытывая внутреннее удовлетворение, когда это у него получалось хорошо.