— Болтались над ней, а она сама, дура, крутится без остановки. Пылюга во все стороны, только и гляди, чтобы под один из хвостов не попасть. Пилоты тогда вымотались до самого немогу. Сесть на нее нам не разрешили, оно и правильно, почти все роботы там сгинули, только два сумели вернуться с добычей, мы эти образцы потом кабинетным чудикам скинули, пусть копаются до посинения.
Он чуть ухмыльнулся. Понятно, ни ученые, ни их работа ему не интересны. Потом друг в голосе прорезалась обида:
— Вот я, например, ответственный десантник, должен сам туда нырнуть, вынырнуть, потом провести всю эту шайку геологов-зоологов. Да следить, чтобы не убились. И чтобы потом их оттуда выковырять. А я тады сиднем зад отсиживал на боте. Так и не дали клюнуть ту кометку. Она правда мелкая была, километра на два. Да и к Солнцу ближе, поэтому так пылила… Сейчас подальше летит, в прохладе… может, и удастся на нее прыгнуть…
Глава 20
Стратегия навигатора
Расчет и составление навигационных схем заняли у меня все утро, от ночной смены до обеда. И часть обеда тоже. Спохватилась без двадцати три, рассчитав три варианта начального подлета к комете. Пришлось быстро отправить все, что надумала, кэпу, быстро переодеться, заскочить в кают-компанию, схватить там кусок пирога, запить его киселем, и бежать в пилотскую.
— Ты в таком мыле, что тебя страшно за пульт пускать, — ухмыльнулся Торбо, уступая мне место.
Больше попыток приставать он не делал, хотя поглядывал не виновато и не стыдливо, а укоризненно. Нет бы просто извиниться…
Когда он ушел, я глянула на полетные карты, поняла, что все спокойно. Вывела на громкую связь оповещение о любых изменениях, и решила двадцать минут поспать. Впервые за все эти дни, между прочим. Но надо же как-то переключиться с навигации на пилотирование, правда?
Увы, поспать не удалось. Только откинулась в ложементе, даже расслабляться толком не начала, как заявился кэп со страшно недовольным видом. Уселся в кресло второго пилота, развернул голо с моими расчетами, и фыркнул:
— Кузнецова, я надеялся, что вас в Академии хоть чему-то обучали. Но вижу, что ничему.
— Что такое? — встрепенулась я.
— А вот ты мне и скажи. Жду анализ ошибок до вечернего чая.
Дернул кадыком, поднялся, погасил голо и вышел. Урод.
После смены будет ужин. Актуальный, ибо пообедать я толком не успела. Затем, по сегодняшнему расписанию, у меня с Фишем занятия, надо будет разобраться в автоматических заборах биологических проб. В принципе, никакой разницы нет в том, какие пробы собирать, но у Фиша была фикс-идея о том, чтобы капсулы с образцами были особыми, защищенными от радиоактивного излучения и прочими предохраняющими биоматериал прибамбасами.
То есть искать ошибки в расчетах мне нужно вот прямо сейчас, пока рулю. Никакой передышки.
Развернула ложемент, выкатила интерактивный столик, включила на нем свои расчеты. Проверила. Перепроверила. Все, вроде бы, верно…
Прикрыла глаза. Начала вспоминать. Но вспомнила почему-то не занятия, а Луку Нову.
«Навигация — это стратегия. А пилотирование — тактика», — убеждал он меня, уговаривая поступать на «Управление космическим транспортом». Там основным предметом была как раз навигация.
Однако я выбрала летно-испытательную специальность. Хотя особой разницы не оказалось. Студенты могли выбирать для себя курсы обязательной и дополнительной программы. Дополнительную можно было брать не больше пятидесяти процентов от объема обязательной. На первых трех курсах я выбрала в качестве довеска к своей программа навигацию (Лука уговорил), спасательные операции и мудреный предмет «Медико-биологические проблемы длительных полетов», в обиходе МЕД, поскольку при поступлении мечтала стать врачом, а вовсе не пилотом.
Когда Лука погиб в конце третьего курса, я резко изменила курс. В том, что медик из меня получается хреновый (увы, прав был академический искин) я убедилась раньше, но все же три курса отбарабанила. А на четвертом-пятом оставила только спасателей — ушла с навигации и МЕДа, переключившись на боевые искусства и психологическую подготовку. По сути, полицейско-военная у меня вышла специализация. И называли меня там курсантом, а не студентом.
Нет, пожалуй, я слишком отвлеклась. Перед глазами еще маячило лицо Луки, сердце сжималось от чувства потери, но я заставила себя встряхнуться.
Стратегия. Стратегия, а не тактика. Значит, я чего-то не учла именно в стратегическом плане.
Например… Комета летит через облако Орта. То есть могла там с чем-то столкнуться и изменить траекторию. Данные ее траектории были у меня перед глазами. Ага, не истиной траектории, а первоначально рассчитанной. Могла она измениться за время от получения результатов к настоящему времени? Легко.