Лайя действительно решила не возвращаться на работу, потому что профессионального толку от неё всё равно было бы мало. Она устроилась на террасе ближайшей кофейни, заказав себе чашку кофе и круассан, и любовалась городской жизнью, продолжая вспоминать сумасшедшие поцелуи и всё ещё не веря, что это произошло с ней.
— Снова ты сбежала, — Влад упёрся ладонями в перила ограждения и покачал головой, разгоняя стайки её мыслей.
— Мне нужно немного подышать.
— И решила не возвращаться?
— Подслушивать нехорошо.
— Нужно закрывать дверь, когда уходишь.
Аргументов больше не было, и Лайя только цокнула, а затем проговорила:
— А вообще, могу себе позволить, — она засмеялась, — в интрижке с боссом есть свои плюсы. Как ты меня нашёл?
— Ты всегда ходишь сюда за кофе, — Влад поднялся на террасу и сел напротив, а затем отрицательно покачал головой в сторону официанта, давая понять, что ничего не будет. — Впрочем, — он всё же передумал и махнул рукой, — Veuillez apporter la facture.{?}[Пожалуйста, принесите счёт.]
Лайя протянула мужчине круассан, и он его надкусил.
— Божественно, — Лайя покачала головой, глядя, как Влад облизнул губы, стирая крошки слоёного теста. — Самое вкусное в моей жизни.
— Это просто ты свои поцелуи не можешь попробовать на вкус, — Влад усмехнулся, наблюдая, как девушка краснеет, и уже серьёзно добавил: — Поговорим? Расскажешь, как ты оказалась с Ноэ?
— Он меня позвал, — Лайя пожала плечами. — Сказал, что есть лишний пригласительный. И я решила ловить момент. Меня не интересует Ноэ, — после недолгого молчания добавила она, — абсолютно. И раз уж мы говорим начистоту, мне не нравится твоё милое общение с Изабель.
— Предлагаешь ей грубить?
— Хотя бы не обниматься.
— Хорошо, poupée, — Влад улыбнулся, поглаживая пальцы девушки, — я постараюсь тебя не огорчать.
— Мог бы и рассказать мне о том, что вы были женаты. Это, знаешь ли, важное уточнение.
Влад виновато посмотрел на девушку, они ненадолго замолчали, а затем он вновь заговорил:
— Лайя, мы разошлись с Изабель потому, что перестали испытывать друг к другу то, что должны испытывать люди в браке. И едва ли эти чувства когда-нибудь вернутся. Но ненавидеть её я тоже не могу, просто не за что. И давай мы договоримся: если что-то не так, ты будешь говорить мне об этом, а не идти к Ноэ, хорошо?
— И это говорит мне человек, который три дня срывался на подчинённых? — Лайя фыркнула и отправила в рот последний кусок выпечки, а затем передразнила: — «Поторопись, будь так добра».
— Я же ревновал, — с усмешкой парировал он. — А вообще, им иногда полезно быть в тонусе.
Тут Лайя даже спорить не стала.
— Лайя, возможно, я что-то делаю не так, — Влад заговорил серьёзно, — но, пожалуйста, имей совесть, я сто лет не заводил новые отношения. Разумеется, я косячу.
— Сто лет? Вот уж не думала, что ты настолько старый.
Влад засмеялся, сжал ладонь девушки и поцеловал костяшки пальцев, получая в ответ абсолютно счастливую улыбку. Продолжая потягивать кофе, Лайя пыталась поверить, что всё происходящее правда. Она сидела на террасе во французской столице, тёплый ветер перебирал волосы и гладил лицо, а за руку её держал потрясающий мужчина.
Она допила свой напиток, и они вдвоём покинули уютную террасу, уставленную кадками и горшками с яркими цветами.
— Знала бы ты, как мне хочется продолжить начатое, — прошептал Влад, приобняв девушку. — Но, наверное, мне стоит наконец пригласить тебя на свидание.
— Знал бы ты, — повторила Лайя, смеясь, — как мне хочется продолжить, — она всё же покраснела, — но, наверное, я соглашусь на свидание.
— Ох, Лайя, — Влад замер посреди улицы и поцеловал её. — Пойдём, я отвезу тебя домой, раз уж ты так нагло решила пользоваться своей интрижкой с боссом.
***
🎶 Ed Sheeran — Perfect
Вечером Влад приехал ровно в восемь, а Лайя опоздала почти на двадцать минут. Она выпорхнула из дома, сжимая сумку и придерживая платье, разрез которого при каждом шаге оголял ногу вплоть до бедра. Проходившие мимо мужчины даже повернулись в её сторону.
— Ne regarde même pas dans sa direction{?}[Даже не смотрите в её сторону], — крикнул им Влад, зачарованно наблюдая за каждым движением Лайи. — Elle est à moi.{?}[Она моя.]
— Bonsoir{?}[Добрый вечер.], — Лайя остановилась рядом.
— Ты прекрасна, — Влад покачал головой. — Здесь должен быть комплимент, но… у меня даже слов подходящих нет.
Лайя улыбнулась и смущённо отвела глаза, не в силах поверить, что этот восторженный взгляд предназначен ей. Но Влад уверенно обхватил её лицо ладонями, призывая смотреть на него, и запечатлел на губах долгий поцелуй.
Влад открыл дверь машины и, подав руку, помог девушке сесть. Они направились в тот самый ресторан, где познакомились. И весь вечер Лайя ловила на себе эти взгляды восхищения, всё ещё не в силах поверить, что на неё кто-то может смотреть вот так. Это казалось настолько немыслимым и одновременно прекрасным, что вызывало приятную дрожь и зарождало предвкушение.
Париж мерцал, сиял, звучал весёлыми аккордами и нотами, раскрывался вкусом вина и изысканных блюд. Он был синонимом влюблённости, трепета, сладостного ожидания. Он снова и снова кружил голову, затягивал в свой блистательный водоворот.
Выйдя из ресторана, Влад глянул на часы, удостоверяясь, что всё идёт по плану. Он быстро миновал вечерние пробки и припарковался недалеко от Эйфелевой башни, а затем помог Лайе выйти из машины.
Башня замигала, оповещая, что начался новый час. Лайя всё ещё не могла привыкнуть к такой красоте и наблюдала за пляской огней, переполненная восторгом. Влад увлёк её за собой к подножию железной леди, туда, где толпился народ. Понадобилась всего пара минут, чтобы продемонстрировать заранее приобретённые билеты, и красная кабина лифта радушно распахнула свои створки.
Лайя прижалась к Владу ближе, наблюдая через прозрачное окно, как стремительно уменьшается город внизу. Когда они вышли на площадку, Лайя поспешила схватить мужчину за руку, испытав вдруг страх высоты.
Под ними простирался вечерний Париж. Блистательный и несравненный. Лайя снова спросила у себя, как можно в этот город не влюбиться. Она жадно смотрела на яркие огни, покорно следуя за Владом по периметру башни. Ещё один особенный момент. Но, в отличие от других, Лайя наконец-то разделила его с особенным человеком.
— Это же Монмартр, — она заметила вдалеке белоснежную базилику Сакре-Кёр, возвышавшуюся над Парижем. — Этот город… он как произведение искусства.
Влад мягко развернул Лайю к себе:
— Главное произведение искусства здесь ты.
Она смотрела на него, перестав дышать, и не верила, что всё это происходит на самом деле. Что это она сейчас стоит на площадке Эйфелевой башни, что это ей делает комплименты такой потрясающий мужчина, что впереди ещё наверняка столько прекрасного.
— Давай начнём сначала, — Влад осторожно провёл пальцами по лицу девушки и убрал её непослушную прядь волос, — без недомолвок, недосказанности и всего остального. Как будто мы только встретились, — он на секунду замолчал, а затем добавил немного тише: — Лайя… ты такая прекрасная! А я, кажется, безнадёжен.
Лайя мягко засмеялась, прижимаясь ближе.
— Мы можем считать, что это наш первый поцелуй? — Влад наклонился к её губам.
— Думаю, да, месье Ришар, — ладони девушки заскользили по его плечам, и Лайя потянулась к мужчине.
Особенное место. Особенный человек. Особенный поцелуй.
***
Разбросанная одежда, бокалы с недопитым вином прямо на полу и двое в постели, переплетённые крепкими объятиями, забывшиеся безмятежным сном. Солнце давно встало, освещая столицу, забралось своими тёплыми лучами в комнату и хозяйничало на лицах и телах.
Идиллию прервал слишком резкий телефонный звонок. Девушка проснулась первой. Не открывая глаз, она подвинулась на край кровати и пошарила рукой по полу, пытаясь найти телефон.