- Ваше преосвященство! - над столом появилась голограмма личного секретаря.
- Что такое? - буркнул Альмо, выгнув дугой седую бровь. Секретарь как никто другой знал о важности этого совещания и не стал бы отрывать его по пустякам. Поэтому Альмо загнал куда-то внутрь возникшее чувство легкой досады и посмотрел секретарю в глаза. Тот сглотнул и продолжил: - Яблоко Дионеи! Ваше преосвященство! Зафиксировано появление тварей первой фазы!
Когда появились первые твари, Персиваль не знал. От кабинета коменданта, расположенного на втором этаже очередного казино-отеля-развлекательного комплекса, до другого конца улицы было вполне приличное расстояние и если бы у него была возможность взглянуть на происходящее сверху, то он бы сразу заметил, как на площадь перед комендатурой высыпает толпа гражданских лиц. Если у него был автономный дрон с хорошей аппаратурой, то он смог бы приблизить изображение и увидеть, что их лица искажены в страхе, а чувствительные микрофоны дрона уловили бы крики отчаянья и ужаса. Но в момент когда твари ворвались на площадь Персиваль сидел в комендатуре, ломая голову над тем, как же эвакуировать с планеты военнослужащих, если из всего транспорта, приданного местной комендатуре в наличии есть только три атмосферных патрульных скиммера, один из которых был разбит при погоне за пьяным сержантом ВКС, а второй существовал только в виде запасных деталей разной степени непригодности к эксплуатации. Поэтому, когда Надин позвала его, он даже не повернул голову, изучая наличие и состояние транспортных средств способных оторваться от поверхности планеты.
- Перси! - повторила его имя Надин: - тут что-то неладное! Да иди же ты сюда наконец!
- Что такое? - Перси встал, чувствуя легкую досаду на Надин, которая отрывает его от важного дела, на коменданта, который отправил в ремонт свой единственный транспорт, способный выйти на орбиту как раз накануне карантина, на абсолютно идиотскую ситуацию, при которой он остался старшим офицером в регионе.
- Там... - Надин ткнула пальцев вдаль и Перси увидел. В горле у него пересохло, он резко рванул вниз ворот рубашки, мешающий дышать. Картина, представшая перед ним напоминала ему кадры из кровавого фильма-катастрофы, вот только сейчас все было наяву, прямо перед ним, в мельчайших и жутких подробностях. На площади царил хаос - выбегающие из здания напротив и переулков на площадь люди, которые давили друг друга, затаптывая тех, кто не успевал или кому не повезло упасть в этой свалке. Было понятно, что они убегают от чего-то, что было страшней чем упасть на камни площади и быть раздавленным толпой, но что это может быть? Паника, подумал Перси, просто паника, это особенность сознания людей, они может и не знают от чего убегают, это стадный рефлекс, все побежали, и я побежал, а куда побежал, зачем - не знаю. Может быть там нет ничего, за ними. Может быть они эвакуируются из отеля потому что кто-то нажал на рубильник пожарной тревоги? Заорала сирена экстренной эвакуации, с потолка хлынула вода, да, может быть кто-то курил в холле. Или даже разжег костер. Здоровенный такой костер, да. Перси попытался себе представить, как кто-то в здании отеля неспешно раскладывает дрова прямо на мраморном полу перед стойкой ресепшн, кто-то в мягкой шляпе, в плаще с воротником стойкой и темных очках - такой образ шпиона Конфедерации. Как этот кто-то потом хлопает по карманам и просит спички у девушки на стойке, и та, улыбнувшись фирменной улыбкой Палас Отеля (мы работаем, чтобы вы отдыхали!) протягивает ему спички. На узенькой ладошке. Перси зажмурился, представляя это во всех деталях, зажмурился, потому что не мог видеть, как человеческая волна хлынула на площадь, подминая и растаптывая саму себя. Когда он открыл глаза - он увидел тварей. Вернее - тварь. Одну. Она вынырнула из переулка вслед за толпой людей, хищная, поджарая, похожая не то на адскую гончую с содранной кожей, не то на стремительного скорпиона, сходство с которым ей придавал высоко задранный костистый хвост. Тварь замерла на долю секунды, за это время Перси успел рассмотреть ее в мельчащих подробностях, ее бледно-кровянистую шкуру, сухие веревки мускулов и дрожащее жало на конце вздернутого хвоста. Ему показалось что он даже видит капельку желтоватого яда на самом кончике жала, что он видит зрачки, два выпученных кроваво-черных буркала, словно два комочка запекшейся крови на голове твари, и самое главное - что она тоже его видит. Видит в упор, прямо через всю площадь, забитую убегающими людьми, смотрит прямо ему в глаза, через два сантиметра пуленепробиваемого закаленного стекла с отражающим покрытием. Но доля секунды пронеслась, это невидимое противостояние закончилось так же, как и началось и тварь легко рванула вперед, прямо в толпу, на ходу терзая людей своей пастью, когтями и жалом. Перси отшатнулся от стекла, перевел взгляд и вдруг понял, что тварь - не одна. Что их десятки, нет, уже сотни. И что каждая их них уже врезалась в толпу, раздавая удары своих жал налево и направо.