– Зубы не заговаривай мне, – сказал парень.
Мясник одной рукой баюкал раненую лодыжку, а другой навязчиво демонстрировал свой тесак. Смотрел он высокомерно. Судя по тому, как моментально оклемался от ранения и как быстро снарядил погоню, рана не очень серьезная. Скорее всего, глубокая царапина.
Двое других сыновей мясника не глушили движок. Время от времени они описывали короткий полукруг вокруг Синклера, стараясь зацепить того волной дерьма из-под колес.
– Прекратите, – сказал парень в каске. – Задолбали. Не видите, я с человеком разговариваю?
– Твой отец. Грабил девушку. Кто она? – спросил Синклер.
– Никого мой отец не грабил. Он на такое не способен, – сказал парень в каске.
Мясник в коляске заерзал.
– Спроси у него, – предложил Синклер.
– Пап, это же чушь, да? – спросил парень. – Придурок пытался на тебя напасть, но промахнулся, ранил только в ногу и убежал?
– Да. Выдумал бабу какую-то, – сказал мясник. – Отмазаться хочет.
– Город лжецов, – сказал Синклер. – И клан лжецов.
– Ты бы молчал лучше, друг, – сказал парень. – Значит, решаем так. Некогда с тобой тут разводить демагогию. Оружие нам отдаешь, еду отдаешь, все отдаешь. Потом отец легонько тебе по ноге тесачком дает. Так, чтобы похромал. Лекс талионис, да? И разбегаемся. Быстро, эффективно, все по справедливости, каждому по потребности.
– А если нет? – спросил Синклер.
– Тупица, – сказал один из братьев.
– Мы тебя стреляем, забираем все и уезжаем отсюда быстро-быстро, – пояснил парень.
– А как же. Справедливый суд. Княжеское правосудие? – спросил Синклер.
Если они и заметили иронию, то все равно не поняли, к чему она.
– Я считаю, все справедливо. А князю сейчас, поди, не до нас. Сам видишь, ситуация не вполне штатная. Происходит какое-то елдейшество, простите за крепкое словцо.
– Согласен, – сказал Синклер. – Черт с вами. Договорились. Пистолет оставьте.
– Ты мне давно ствол обещал, Лех, – сказал младший из братьев.
– Хероствол. Маленький еще, понял? – ответил парень. – Оставлю тебе пистолет, бродяга. Остальное давай сюда.
За последние несколько дней Синклер даже успел привыкнуть, что все идет через задницу. Поэтому очередной удар судьбы он перенес стоически. Даже не матерился про себя.
Он начал разоблачаться. Парень взял у него из руки автомат. Мясник к тому времени неторопливо выбрался из коляски и вырвал фотокарточку, которую Синклер все еще держал в руках. Синклер отчаянно дернулся за ней, но мясник аккуратно рубанул его по голени своим огромным тесаком, и Синклер упал на одно колено.
– Фотографию. Отдайте. Зачем вам, – попросил он.
Штанина повисла. Ткань начала пропитываться кровью, но Синклер не обращал внимания на боль.
– Большая, плотная, пластиком залитая, пригодится угли раздувать или еще для чего, – объяснил мясник и спрятал карточку.
– Бродяга, договорились же. Забираем все, что хотим, ствол оставляем, – сказал парень.
– Она мне нужна, – сказал Синклер.
Если бы он догадался, что они попробуют забрать карточку, он бы всех перестрелял еще на подходе. Но автомат уже был у старшего сына, а фотография исчезла в необъятном рюкзаке мясника. Надо сделать вид, что все в порядке. У него останется пистолет. Когда они уедут, их можно будет просто расстрелять в спину.
«Надо было сделать это сразу».
«Уйди».
– Она мне нужна, – уныло повторил он. – Очень.
– Не шурши, не зли меня, – сказал парень. – Скажи спасибо, что тряпье твое тебе оставили. Шваль поганая. Видишь, отцу понравилась? А ты его обидел.
– Без нее погибну, – сказал Синклер.
– Отбиваться от кукол будешь фоткой? – спросил парень. – Все, не нуди. Надо же тебя наказать. Пистолет оставили, радуйся.
Синклер не радовался. Синклер ждал, пока семейство Хлеборобов разберет его имущество и распихает их по карманам, сумкам и рюкзакам. В мыслях он уже чувствовал в руке приятную тяжесть пистолета и не менее приятную отдачу. Быстрее давайте, вашу мать, торопил их он про себя.
– Консервы одобряю, – сказал парень, глядя, как братья потрошат вещмешок.
«Как будет удобнее? Прицельно в затылки или сперва прострелить один бензобак? Пожалуй, сначала бензобак», – подумал Синклер.
– Пистолет сюда давай, – сказал парень.
– Ты же обещал, – сказал Синклер. – Лучше сразу убей.
– Что обещал – помню. В моем роду к обещаниям относятся серьезно, бродяга, понял меня? Не делай мне за тебя стыдно, давай сюда пистолет, говорю. Отдам.
Парень забрал протянутое Синклером оружие, задумчиво выщелкнул обойму и высыпал патроны на ладонь. Обойму отбросил за кусты, а патроны рассыпал вокруг, как конфетти. Пистолет кинул в другую сторону. Подумав, он достал из скарба еще одну коробочку с патронами. В это время его братья побросали на землю другие вещи Синклера, которые не показались им интересными.