Мясник независимо сплюнул на пол кусок пирога и, словно делая большое одолжение, перестал чавкать.
- Ты чего жуешь постоянно? - спросил Серафим.
- Пирог с мясом, - ответил Мясник.
- Не вкусно?
- Вкусно, - пожал плечами Мясник.
- А чего расплевался?
- Ты ж сам сказал, пахан.
- Я те не пахан, Мясник, не фиг щериться. Я те Серафим, в последний раз повторяю. - Серафим снова выхватил кольт и постучал им по своей груди. - Ты пятнадцать лет на зоне торчал, а я в это время людей гасил.
- Я на зоне не торчал, - важно перебил Мясник. - Я на зоне сидел.
- Да мне по фиг, чем ты там занимался. Такое впечатление, что соскучился по нарам. Вот сядешь - будут тебе и пахан, и фраера. А покуда ты здесь, изволь ботать без фени. Контролируй треп, это в твоих интересах. Неужели не достали тюремные примочки?
- Достали, - неторопливо согласился Мясник. - Соскучился.
- Что ты соскучился? - не понял Серафим.
- По нарам. Там же конкретно: один пахан - десять фраеров.
- О, твою мать! - вспылил Серафим. - Ща ты меня достанешь!
- Как хотите, а я пас, - созрел Мясник. Он аккуратно завернул мясной пирог в полиэтиленовый пакет и поднялся.
- Ты куда? - не въехал Серафим.
- Обратно к Лысому. - Мясник вразвалку направился к двери.
- Мясник, не делай этого! - предупредил Серафим.
- А чё, ты мне пахан, чтоб я делал, чё ты хочешь? У Лысого конкретно...
Не успел Мясник договорить, как в его затылок влетело десять орехов из кольта Серафима. Истекая кровью, бандит выронил из рук пирог и распластался на пороге. Он был мертв.
- Пока еще есть время, больше никто не хочет вернуться к Лысому? - Серафим перезарядил обойму и внимательно оглядел братву. - Может, есть другие претензии? Предложения? Нет? Прекрасно. Тогда, Шопен и Шарик, выносите отсюда это дерьмо. - Он показал на тушу Мясника. - А я, если вопросов больше нет, закончу с Кувалдой. Как уже было оговорено, возможно, понадобится много-много гранат.
- Сколько? - спросил Чокнутый.
- Одна... Две... - Серафим задумался. - Одна-две сотни. Думаю, достаточно. Хватит на два-три двухэтажных строения?
- Вполне.
- О'кей. Шопен присмотрит за главными воротами дома, Шарик - за черным ходом. Рейган...
- Что?
- Тебе придется посидеть на дереве со снайперской винтовкой.
- Нет проблем.
- Увидишь козла - гаси.
- Хорошо.
- Стреляем так, чтобы потом можно было опознать Кувалду. В тыкву не целиться: если хоть один орех расколет череп козла - нам вилы, а не мешок денег. Не забываем, что внешний вид клиента - прежде всего. Завтра его положат в тарелки самых навороченных авторитетов города: не дай бог, кто-нибудь вытошнит или кто-то сломает зуб о лишнюю пулю... Я с Шопеном добиваю тех, кого не достанет Рейган. Шарик и Марик, переодетые в ментовскую форму, успокоят местных.
- В кого мы переодеваемся? - спросил Марик.
- Какие есть варианты?
- Есть полковник, есть майор.
- Оденешься полковником.
- А Шарик?
- Летюха есть?
- Можно сделать.
- Пусть Шар пришьет себе лейтенантские погоны. Будет летюхой со свистком, разгонит толпу. А ты, пока он свистит, объяснишь людям... - Серафим вынул из кармана сложенный листок бумаги: -- Это твоя речь -- перед заданием выучишь.
Марик взял в руки густо исписанный лист:
- Как на деле Профессора?
- Я там кое-что добавил. Скажешь, что идет мирная операция по борьбе с организованной преступностью, - людям это нравится. Так и говори: операция под названием "Гром и молния" проводится в целях вашего же благополучия и процветания силами ГКВД, БУДД и ЕПРСТ. Вешай им побольше ДДД - люди к тебе потянутся. Главное, чувствуй себя раскованно: ты полкан, твою мать! Чтобы не случилось как на деле Профессора: рот открыл и сразу в штаны наложил. Ты полковник, твоя земля там, где гремят бомбы. Не говори с людьми -- пой. Чем красивее прозвучит речь, тем больше можно кидать гранат. Людей надо любить и постоянно успокаивать, только тогда ты им докажешь, что все идет по плану - к лучшему.
Марик кивнул.
- Разрешаю для солидности приклеить усы. Без усов ты похож на альфонса, а не на полкана. Встанешь повыше, покручивай ус, веди себя хозяином. Об одном прошу, Марик: не распускай член, вообще забудь во время операции о бабах. Чтобы не случилось как на деле Цезаря: не успел выхватить ствол - оглобля выше крыши, фары по полтиннику, и пошло-поехало: мочалка за мочалкой, чувиха за чувихой... Короче, увижу, что ты приехал не на разборку, а потрахаться... - Серафим в который раз извлек из-под мышки волыну и, назидательно покрутив возле уха бандита, перевел дуло на его оглоблю: - Отшибу к ядреной фене.