- Ох, какая же красота! Право слово, это же не стыдно и королеве такое надеть!
Мастер одобрительно хмыкнул и мотнул головой в сторону двери.
- Ой, точно ведь говорите, что опаздываю. Хозяйка велела сначала к вам, а потом к ювелиру за цепочкой, он что-то хитрое придумал для вашей подвески. После ювелира велела бежать к ней со всех ног и запретила с кем-либо разговаривать! Нужно торопиться, хозяйка сегодня дает званный вечер и все должно быть готово к приходу гостей, а уж сама хозяйка должна просто блистать! Сегодня к ней едет кузен, а он знаете какой…
Мастер снова мотнул головой в сторону двери и обмакнул небольшую заготовку в расплавленное стекло, так мастер в несколько приемов набирал необходимое количество материала.
- Ухожу, ухожу. Вот видите, я уже ушла!
Последние слова Элла кричала в дверях.
Следом заглянул старик Эдвард. Три дня назад он заказывал стеклянного зайца в подарок своему внуку. Эдвард чуял свой близкий конец и хотел подарить внуку что-то на память о себе. Он осторожно подошел к столу, снял крышку с коробки со своим именем. Из соломенной набивки выглядывал зеленый бок. Старик осторожно взял зайца. Заяц был размером с ладонь, он привстал на задних лапах и будто бы принюхивался или высматривал опасность. Задние лапки, хвост, основание спины были темно-зелеными, брюшко и середина спины нежно зелеными, а чуткий носик был прозрачным. Очень красиво смотрелся такой перелив от насыщенного цвета до полного его отсутствия.
- А почему он такой…? – старик Эдвард осекся, когда увидел удивленный взгляд стеклодува и дрогнувшие брови. Говорить мастер не мог – он надувал свою заготовку и придавал ей форму.
Эдвард снова посмотрел на зайца. Почему он такого цвета? Вгляделся в густую зелень основания фигурки. И вспомнил. Эдвард не всегда был старик. Когда-то давно он был мальчиком и жил на небольшой ферме вдали от города. За фермерскими полями были сочные луга, где он летом пас коней. Луга были покрыты тучной травой и всюду сновали зайцы. Они вставали на задние лапы, чтобы оценить опасность, которую могли представлять мальчишка и два смирных коня. Пушистые хвосты прятались в темно-зеленой траве, а розовые носы под ярким солнцем казались прозрачными. Перед самым концом такие воспоминания согревают старое сердце. Это хороший подарок для двух человек.
Эдвард бережно положил зайца в коробку, закрыл крышку и прижал коробку к груди. Старик просто молчал и смотрел на стеклодува. Нет таких слов, которые бы могли выразить настоящую благодарность. Как только вы произнесете хоть слово, глубокая благодарность, перемешанная с любовью, скукожится и станет вежливостью. Горячей, но вежливостью. Старик это чувствовал и потому молчал всей силой своего уставшего сердца. Стеклодув это знал и потому улыбнулся Эдварду глазами и снова занялся формой вазы, внося небольшие корректировки.
Целый день к нему приходили люди. Кто забирал заказ и благодарил мастера, кто выбирал себе изделие по душе из тех, что мастер выставил на продажу. Кто-то приходил заказать что-то определенное. Люди рассказывали свои истории и пытались разговорить угрюмого мастера. Но стеклодуву было некогда, он торопился выполнить заказы. Одна за другой готовые работы отправлялись в опечек, специальную печь, где поддерживался умеренный жар. Там готовые работы «отдыхали», становились прочными и приобретали окончательный цвет. Раскаленное стекло цвет передает по-иному.
Постепенно поток людей редел. В мастерской было невыносимо жарко. Стеклодув закончил последний на сегодня заказ и снова взялся за инструменты. Еще час кропотливой работы и в опечек отправился стеклянный дом размером с мизинец. Через восемь часов он станет твердым и ярко-голубого цвета. Стеклодув убрал инструменты. Загасил печи, открыл все окна, чтобы свежий воздух вытянул жар этого дня. Мастер молча вышел на веранду выкурить свою трубку. С удовольствием сел на стул. Он смотрел на темный, спящий город. Вот погасло окно старой Ненни, значит и ему пора отдыхать.
Мастер поднялся на второй этаж, в свою спальню. В углу комнаты стояла кровать. Все остальное пространство занимали сдвинутые столы. Мастер подошел к своему сокровищу. На столах раскинулся стеклянный миниатюрный город. Вот торжественное здание ратуши. Чуть поодаль дом старой Ненни. А вот и сама Ненни, стеклянная фигурка горбилась, показывая свою старость и горе, а задорное лицо капелькой было обращено к небу, говоря о юной душе. А вот уютная Элла, фигурка словно бежит от дома к дому. И ее хозяйка, такая прямая и гордая фигурка полная решимости. Почти весь город с его жителями был здесь, а в самом сердце таких разномастных, ярких домов и человеческих фигурок устроилась темная клякса его мастерской.
Мастер дополнял свой город каждый день новыми домами и фигурками. И в каждой фигурке была видна суть человека, с которого она была скопирована, такой небольшой осколок человеческой души.
Мастер улыбнулся.
- Это будет мой лучший подарок.
Свет погас в последнем неспящем окне города.