Ожидала очередной насмешки или издевки, но тот лишь невозмутимо дернул плечом.
- Отлично. Идем дальше.
Она снова повиновалась, уже не в силах терпеть головокружение и тошноту. Решила для себя, что простые приказы уж лучше выполнять беспрекословно. Принцу абсолютно наплевать на ее самочувствие, он весь горит азартом.
Из замка они вышли в Дуар и направились к озеру Абальгон. За озером уже начиналась территория Корнежских болот, куда, как Эми поняла, совались или отчаянные смельчаки, или безнадежные глупцы.
Ровная гладь озера мрачно поблескивала, начинало уже темнеть. У берега Фрэнсис вытащил свой стеклянный меч из ножен и еще откуда-то выудил второй. Швырнул ей в ноги.
- Здесь я обычно тренируюсь вместе с Бофаром. Готова начать? - он спросил, но на самом деле не ждал от нее ответа.
На ее отрицательное покачивание головой не обратил никакого внимания.
- Бофар тоже довольно плохо владеет мечом. Но знаешь, что самое интересное? - Юноша играючи взмахнул мечом, поддел им лежащий у ее ног похожий стеклянный меч, только меньше и тоньше. - Когда я с помощью дара отдаю приказ защищаться - он все делает правильно. Хоть потом и воет от боли в мышцах с непривычки.
Эмеральд сердито сплюнула под ноги. Отпихнула от себя меч ногой, но Фрэнсис осклабился.
- Неправильный ответ. Тебе придется меня послушаться. Ты не сможешь противостоять мне, сиротка.
Секундой позже кривая улыбка померкла, а глаза сузились. Он сосредоточился на ее мыслях, неторопливо скользнул в вязкие мысли девушки, не дав ей опомниться.
“Подними меч. Встань в такую же стойку. Копируй мои движения”.
А дальше началась изнурительная тренировка. Конечно, Фрэнсис тренировал в первую очередь свой дар. Физические способности его вполне устраивали. Поэтому ему было все равно кто перед ним - Бофар, случайный воин или сиротка. Ему было важно расширить границы своей магии. Он хотел ощущение полной власти в своих руках. Фрэнсис верил, что именно его дар поможет ему однажды заполучить корону.
Когда через час мокрая как мышь Эми упала в воду, споткнувшись о торчавшую из-под земли ветку, она отстраненно поняла, что ее голову отпустили. Несчастная и уставшая девушка обессиленно лежала на мелководье, одно лицо торчало из теплой воды. В Дуаре даже озеро не давало ни капли прохлады. Сил, чтобы встать не было от слова вообще. Безумный принц загонял ее как лошадь.
В горле горело от попыток вдохнуть больше воздуха, конечности не слушались. Она думала, что ее вырвет, так было плохо, голова кружилась. Но организм еще как-то держался, лишь пальцы подрагивали - после захвата эфеса меча.
В небе показалось лицо Фрэнсиса. Он возвышался над ней, прямо как тогда в лесу у Золотой Лиры.
- Не помрешь тут?
Эмеральд поняла, что снова может говорить, но отвечать ему не хотелось. Она даже не могла повернуться на бок и привстать, так и лежала на мелководье, не чувствуя своего тела от усталости. Но больше от чужого вторжения в разум. Ей было все равно если она захлебнется от теплой противной воды, так сильно ею одолело безразличие ко всему.
- Так бывает с непривычки. Я забылся.
Наклонившись к ней и сжав ее рубашку под воротом в кулак, он дернул девушку на себя, выдергивая из воды.
- В Абальгоне водятся водяницы, утащат в три счета, - предупредил он.
Язык не ворочался, она вновь промолчала. В глазах совсем потемнело, веки отяжелели. Когда, он отпустил ее рубашку, она плашмя полетела обратно в воду. Но не ударилась, принц успел ее поймать.
Чертыхаясь, он вытащил ее из воды и закинул к себе на плечо, будто заплечный мешок, удерживая под коленями. С нее текла вода, с одежды, с волос. Одежда Фрэнсиса тут же намокла, но он даже не заметил. Зашагал в сторону замка, обернувшись к вынырнувшей на поверхность разочарованной водянице. Синеватое лицо было раздутым от воды.
- В другой раз, - хмыкнул юноша. - В другой раз.
**
Глава 15
Принц запугал ее, пригрозив изощренными приказами, если хоть слово пикнет Аскону о их тренировках. Эмеральд молчала. Слишком хорошо вспоминался серый холод в глазах, равнодушие мерзавца, когда она, уставшая, падала без сил ему в ноги. Чуть ли не лицом на сапоги.
Она знала, что ему ничего не стоит приказать ей сделать что-нибудь гнусное, она даже не хотела это представлять. Поэтому помалкивала, никому не говорила о происходящем. А когда до Аскона дошли слухи о том, что эти двое часто пропадают у озера, она всего лишь пожала плечами, объясняя ему: